Пояс Ориона

– Я сценаристка, – пояснила Тонечка. – Пишу сценарии для сериалов.

– Какие сценарии? Для каких сериалов?..

– В основном для детективных. Но любовную историю тоже могу забабахать.

Лена и директор переглянулись.

– Не морочьте голову, – вымолвила Лена наконец. – На кого вы работаете?

– На ВГТРК, Всероссийскую Государственную телерадиокомпанию, – выдала Тонечка с раздражением. – Работаю я сценаристом. Это так же точно, как и то, что вы работаете ведущей шоу на местном телевидении."

"– Зачем я понадобилась Российскому телевидению?

– Боже сохрани, – успокоила её Тонечка.

 – Вы ему без надобности! Может, конечно, в будущем вы сделаете карьеру и вас позовут в федеральный эфир, но я тут ни при чем.

– Тогда почему вы здесь?

– Я должна была вас найти – и нашла.

– Лена, – подал голос директор. – Тебе нужно уходить. Я её запру, а ты уходи.

– Не нужно меня запирать!

– А я тебе вчера говорила! – почти выкрикнула Лена. – А ты мне не верил!..

– Откуда я мог знать!..

Тонечка отошла и присела на продавленный диван.

И потрогала собственную шею. Прикосновение вызывало странное чувство, как будто шея затекла от неудобного положения.

Впрочем, положение действительно неудобное – как-никак её пытались задушить. А в горле саднило.

Лена Пантелеева спасла. Шарахнула директора газетной подшивкой по голове.

– Давайте поговорим, и я пойду, – шептала Тонечка, – а вы оставайтесь.

– Как вы меня нашли?

Тонечка пожала плечами.

– В открытую форточку увидела! Нет, правда! Вы, – она повернулась к директору, – вчера как ошпаренный побежали форточку закрывать, когда Родион сказал, что там кто-то ходит.

В такой холод в помещении, где батареи не работают, форточек никто не открывает.

– Я сто раз тебе говорил, – процедил директор Лене сквозь зубы, – сиди тихо, не ходи, когда здесь люди!..

– В туалете в шкафчике зубная щётка и крем для век, – продолжала Тонечка. – В той комнате на стуле дамская сумка и свитер с лисьими мордами.

– Ты что? – спросила Лена. – Была в той комнате?!

– Я заглянула, – пояснила Тонечка.

 – И потом ещё раз заглянула. Родион вышел, а я вернулась и подслушала ваш разговор.

Директор застонал.

– Рында качалась, – как заворожённая выговорила Лена. – Мне показалось, что в коридоре кто-то есть. Я вышла, а рында качается…

– Я там и сидела, – подтвердила Тонечка. – Между рындой и стендом. А сегодня всё проверила. Я ещё в университете научилась подножки ставить, когда мы на «Динамо» бегали. Так что вы меня извините, Григорий.