– Или всё же позволишь судить из твоих воспоминаний?
Ну-у-у, если вопрос так стоит... Вот умеет он задавить аргументами.
– Позволю-позволю. Куда я денусь? – ворчу, смиряясь с неизбежностью.
Действительно, лучше показать ему всё, как оно было. Глядишь и Ааму он охотней тогда с нами возьмёт. Если она не передумала, конечно.
Поэтому позволяю куарду поймать мой взгляд и произношу тихо:
– Смотри."
"Арид одобряюще мне улыбается, обхватывая ладонями моё лицо, награждает коротким поцелуем, а затем отстраняется, и я окунаюсь в сизую синеву его глаз, яркую даже в неясном свете костра.
На этот раз, вопреки моим опасениям, меня не накрывает слабостью, разве что ориентация в пространстве немного стирается, когда я погружаюсь в собственные воспоминания, прокручивая их для него. Всё, что произошло с того момента, как очнулась в пещере, а вместо него рядом со мной оказалась рыжеволосая дикарочка.
– Спасибо, малыш, достаточно, – вырывает меня из прострации хриплый голос, когда я дохожу до того момента, как потеряла сознание у него на руках.
И прежде, чем я успеваю прийти в себя окончательно, мои губы оказываются в ласковом плену. А потом, как-то внезапно ко мне приходит осознание, что я лежу на чём-то мягком, а Арид нависает сверху, целуя меня так, словно не может насытиться, словно… боится потерять. Да я и сама, пережив заново тот жуткий страх, который испытала за него, не могу не цепляться за широкие плечи, не могу не прижиматься к нему всем телом, не пытаться прочувствовать каждой клеточкой его тепло и такие уже родные и ласковые ко мне потоки энергии моего куарда.
Моего… сейчас моего… почему мне нельзя так думать, я вспомню потом.
Сейчас не время для долгой прелюдии. Не время для игр, соблазнения и смущения. Я слишком хочу… мне слишком нужно… ощутить… поверить… принять… и мои руки сами стягивают с Арида рубашку, тогда как бёдра приподнимаются, чтобы он мог задрать моё платье, под которым, оказывается, ничего больше и нет.
И вот уже его тело вклинивается мне между ног, жёсткие пальцы касаются моего лобка, разводят влажные складочки, распределяя влагу, а через несколько секунд в меня толкается его твёрдый член. Один вздох и он проникает до конца, заставляя меня выгнуться с хриплым вскриком, беспомощно впиваясь пальцами в мускулистую спину.
Чувство наполненности такое острое и едва выносимое... Мне даже кажется, что его слишком много, что я не готова...
