Пока ангелы спят

– Она уходит, – прохрипела рация у Петренко.

– Сам вижу, – буркнул он.

Наталья Нарышкина отошла от обоих мужчин и направилась к Тверской, к подземному переходу. Однако до него не дошла, остановилась у поребрика, будто бы собралась ловить такси.

– Я старше вас, Данилов, – услышал Петренко по громкой связи голос Козлова. Двое мужчин по-прежнему стояли рядом. – Я старше вас и знаю: течению жизни сопротивляться нельзя. Захлебнешься… А она все равно унесет, куда ей надо.

– Спасибо, папа, – насмешливо проговорил Данилов.

Тут Петренко увидел, что рядом с Нарышкиной, стоящей пообочь Тверской, словно «ночная бабочка», снижает скорость нечто двухколесное, обтекаемое, цветастое – мотоцикл. Его седок обвивает руль, голова в непрозрачном шлеме. Мотоцикл сбавляет ход километров до двадцати. Наташа протягивает руку, словно голосуя. В руке у нее сумочка. Мотоциклист выхватывает сумочку. Наташа отскакивает. Мотор ревет, седок задает шпор двухколесному коню. Через пару мгновений бицикл набирает километров сто в час.

– Она ему что-то дала! – отчаянно орет опер из «Волги».

– Вижу! За ним! Быстро! – кричит Петренко, понимая, что это бесполезно.

«Волга» заводится и, хрустя передачей, тяжеловесно устремляется за добычей.

Петренко переходит на «гаишную» волну и скороговоркой выпаливает в рацию:

– Это Циклон-два! По Тверской, от Пушкинской к Маяковке, движется на высокой скорости мотоцикл без номерных знаков, возьмите его!

А затем кричит уже всем своим – Варваре, Буслаеву и прочим:

И все выскочили, побежали, набросились…

Варвара вихрем подбежала к Наталье, руку за спину, затылок вниз, впихнула в подъехавший «рафик»…

Постовой на Маяковской площади, получив сообщение Петренко, движением жезла остановил поток, идущий вниз к Кремлю.

«Волга» с оперативниками успела заметить, что мотоцикл, почти не снижая скорости, свернул с Тверской направо, под своды гостиницы «Минск».

– Циклон-два! – прокричал в рацию оперативник, сидящий в «Волге». – Мотоцикл без номера уходит по Дегтярному переулку!

Когда «волжанка» с комконовцами достигла наконец начала Дегтярного переулка, мотоциклист уже проехал его весь. Нарушая все правила и игнорируя знаки, он пересек на скорости сто двадцать километров в час Малую Дмитровку. Заскользил, никем не преследуемый, по дуге Успенского переулка вниз к Петровке. Слева разворачивал свои красоты сад «Эрмитаж».