– Вьют из меня все веревки, какой-то я мягкий стал, наверное, это мой праздничный запой так на меня действует, пора выходить, а то я так на этой почве опять женюсь. Я же, Карл, попадаю в ЗАГС только после запоя, вот меня и Маринка поймала на этом, после того как Клавка, конечно, по делу, меня бросила, я ушел в жуткий запой, вот она тепленького меня и получила. Ты знаешь, Карлсон, – на этом имени Карл вздрогнул, так его называл только Федор Осипович, но Саня этого не заметил и продолжил, – мужчина, решивший затащить женщину в постель, способен на любую подлость.
Переплюнуть его может только женщина, решившая непременно выйти замуж.
* * *Дома решили не рассказывать о происшествии, только открыв калитку, навстречу им вылетела Динка и повисла на Карле.
– Все сказали, ты куда-то пропал со своей подчиненной, – нарочно громко сказала она. – Я так переживала.
Клава, не останавливаясь, поднялась по крыльцу и вбежала в дом.
– Дина, мы ведь с тобой уже вроде все решили, что за телячьи нежности, – психанул Карл, смотря вслед Клаве, но та уже скрылась в доме.
Динка обиделась, надула щеки и, ничего не сказав, тоже ушла.
– Да, москвич, я думал, только у меня такая неразбериха бывает, а ты, видать, мне конкурент в этом деле, – сказал Саня и, взяв телефон, пошел на пригорок, где, по мнению деревенских, лучше всего брала связь.
Карл решил, что разберется с этим после, сейчас главное – найти недостающие факты, а для этого же ему необходимо поговорить с некоторыми людьми. В этот момент из дома вышел француз, он как-то очень погрустнел в последнее время, стал избегать Бориса и все чаще спрашивал, когда мы поедем в Краснодар.
– Привет, Филипп, – сказал Карл, присев рядом с ним на лавочке.
– Мне жутко неудобно спросить у тебя, – начал тот, даже не здороваясь. – Ты не знаешь, зачем я Борису? Он ухаживает за мной как за девушкой, а я не такой, я женщин люблю, мне вот Марина очень нравится, она красивая, целеустремленная и сильная. Я люблю сильных женщин, они за… Как? Я забыл это слово, ну, когда колдуют?
– Завораживают, – помог ему Карл.
– Да, точно, завораживают, производят такое впечатление, что они королевы и их не достать рукой. От такого еще больше хочется их добиться. Они то улыбаются тебе, то могут тут же холодно сказать что-нибудь. Марина вроде в машине хорошо со мной общалась, но, как приехали все, она как будто меня не замечает.
– Женщины, Филипп, странные существа, а русские женщины и тем паче. Наше всё, Александр Сергеевич сказал однажды правильные слова.
