Да, проживал в Краснодаре, что значит как вы это сделаете, вы местная, могу дать руку на отсечение, у вас есть знакомые в полиции. Возможно, именно после этого я постараюсь закрыть глаза на вашу немаленькую проблему, причем в полном смысле этого слова, и ваше увольнение не будет столь категоричным, – и, выдержав небольшую паузу, не смог удержаться и добавил: – Но только пока на одну, а у вас их две, – и, не дожидаясь ответа, нажал отбой.
В голове понемногу начинал вырисовываться план, к слову сказать, Карл совершенно не мог без него, в его жизни всегда должны быть прописаны действия.
Только после бумажного письма, которое он получил неделю назад, все пошло кувырком. Кстати, письмо, он совсем забыл, зачем он на самом деле приехал в этот жаркий странный город, где высотки соседствуют с деревянными покосившимися домами и коттеджами, похожими на дворцы, где люди дружат сразу и навсегда, где, приглашая к себе в гостиницу, обижаются, когда ты хочешь оплатить номер.
Итак, план: сначала он найдет сына Федора, отдаст столь ценные записи, которыми хозяин очень дорожил, а потом займется и своим делом, из-за которого, собственно, и приехал сюда. Карл по привычке сфотографировал листки, он всегда так делал с важными документами, как он говорил, на всякий случай. Оригиналы положил в карман и пошел на ужин со своими новыми друзьями.
* * *"
"Зайдя в свой личный номер в гостинице, которая была не просто бизнесом, но и домом, Марина первым делом схватилась за телефон.
Её все время с того момента, как обнаружили труп, что-то гложило, и она интуитивно цеплялась за эту мысль, пытаясь обнаружить причину, но мысль постоянно ускользала. Недаром говорят: родные стены помогают, привычные и такие родные вещи поставили ей мозги на место и выявили раздражитель. Теперь она точно знала, что звонков надо сделать два.
– Алло, – сказала она в трубку. – И не мечтай даже, у тебя не белая горячка, это действительно я.
Мне срочно нужна информация, я рада, что люди не меняются и ты по-прежнему дебил, нет, я не подыскиваю себе новую жертву, я от тебя еще отойти не могу. Мне надо знать все, что думают наши доблестные органы про сегодняшнее происшествие в вагоне СВ поезда «Москва – Адлер», – и, не прощаясь, еле сдерживая раздражение, повесила трубку.
Следующий звонок Марина сделала уже другим голосом и совершенно в другом настроении.
