Покаяние пророков

Имени не называл, но рассказывал… Я ему все — что не женишься? Может, съездим куда, посватаемся? Он все молчал, а однажды говорит, есть у меня невеста, настоящая боярышня, красавица писаная, лебедь белая. Только на ней женюсь, никого другого не надо! Так, говорю, женись, что же ты? Годы-то уходят!.. Тут Юрий Николаевич мне и сказал. За ней, говорит, как за царевной-лягушкой, надо за тридевять земель идти, в тридесятое царство. Но мне покуда пути туда нет, не могу я, говорит, подданство того царства принять.

А жить там без гражданства нельзя. Не ровня мы с ней, говорит. Она — боярышня, а я мужик лапотный, холоп! И засмеялся еще… Тогда я его не понял. Он же чудной, Юрий Николаевич-то.

— Спаси Христос, добрый человек. — Вавила неожиданно встала и поклонилась ему. — После слов твоих я и впрямь будто лебедь белая.

— Ну что ты! — смутился Комендант. — Боярышня, а кланяешься… Ты мне про веру свою расскажи еще. Я кержаков видел, но никак не пойму, как они молятся? У вас же церквей нет?

— А как же вы так? Ни попов, ни церквей?

— Это все люди придумали, Божьи храмы ставить, попов нанимать, чтоб служили, а они б токмо внимали.

Господь наш Иисус Христос не каменному делу учил, строительству храмов в душе своей. А более всего молиться учил. Вот мы и молимся, как первые христиане.

— Непривычно, конечно… Я был в церкви, там и поют хором, и кадилом кадят, и водой брызжут. Много всего…

— У нас тоже поют, когда на камнях молятся.

— Они у нас вместо храмов. — Ей вдруг начало нравиться его ребячье любопытство.

 — Ежели старцы или старицы выберут камень да помолятся на нем три дня и три ночи, на нем потом очень уж сладко молиться. Небо открывается и Господь слышит.

— Вот как? Чудно… Ну а если камней нет? Бывают же такие места? Одна тайга, например?

— Тогда великое дерево рубят и на пне молятся. И стоит он как твердыня, не гниет, не падает по триста лет.

— Ну а если пустыня? И ничего нет?

— В пустыне молиться легко, там ни храмов, ни камней не нужно. В пустыне сам Христос молился и всю ее намолил от краешка до краешка.

Комендант головой покачал, по колену хлопнул.

— На все у тебя ответ есть!.. Ты мне о вещах житейских скажи. Вы где жить-то собираетесь? Когда поженитесь? У нас в Холомницах или еще где?

— На все воля Божья…

— Как говорят, на Бога надейся, да сам не плошай. Надо бы подумать, ведь дети пойдут, школа нужна. — Он опять припалил сигару. — Я вот тебе одну историю расскажу, лично со мной случилась.