Покаяние пророков

— Если к обеду сам не придет, шуруй в милицию, — приказал Комендант. — И подавай заявление.

Старуха прикрыла рот, чтоб задавить крик.

— А нечего приваживать всяких телевизионщиков! — вместо нее закричал он. — И по лесу ночью нечего шастать!

— Ой… — простонала она. — Та шо же ж творится…

— Он с автоматом ушел? — Ему стало жалко старуху: если она не голосила, значит, настоящее горе было настоящее…

— С яким автоматом?..

— Который в городе купил! Ну что ты мне, и сейчас темнишь?

— Та взяв вин автомат, — не сразу призналась она.

 — Казав, глухарей постреляты…

— Понятно, каких глухарей… Где обрез у деда лежит, знаешь?

— Ну хватит, бабка, хватит! — взревел он. — С автоматом уже доигрался! Давай сюда обрез!

— Пошукаю. — Затрусила к калитке. — Мабуть, и е…

Через минуту она вынесла обрез и сумочку с-патронами.

— Чи обрез, чи ни… А шо ж с чоловиком моим буде?

— Подожди, может, еще придет. — Комендант не стал объяснять детали. — Никого в хату не пускай, поняла?

У него было ружье, но патроны остались в избе и сгорели, да и что толку от двадцатого калибра и дроби? Винтовочный обрез оружием был солидным, за сто метров можно быков валить.

Кондрат Иванович вынул затвор, проверил исправность, нарезы посмотрел, после чего зарядил пять патронов в магазин, шестой в ствол, нашел подходящее место — за косяком у сеночной двери, вбил гвоздик и повесил за предохранительную скобу.

И только вернулся в избу, как услышал на улице гул машины. Схватил обрез, приоткрыл дверь — знакомый черный джип!

Артем Андреевич вышел из кабины, невзирая на лужи, зашлепал лаковыми туфлями напрямую.

Комендант распахнул перед ним дверь.

— Ну, наконец-то! Я уж думал, не приедешь…

— Дело оказалось не простым, — замямлил тот. — Пришлось послать людей в Москву. Поэтому задержался…

— Да ладно, говори, что с Космачом?

Гость сел на диван, снял очки и помассировал глаза, похоже, и он не спал прошлую ночь.

— Я попытался выяснить, где он… По своим каналам. У меня остались хорошие связи… И должен сообщить, Юрий Николаевич попал в весьма неприятную историю.

— Ты мне скажи прямо, что с ним?

— Сейчас он находится в руках людей… Принадлежащих к одной транснациональной компании. Все очень серьезно… Эти люди практически неприступны, находятся под покровительством международных организаций…

— Ничего себе неприятная история! Он хоть в России?

— Пока да, но в любой момент его могут вывезти. — Артем Андреевич то ли слова подбирал, чтоб не пугать, то ли засыпал на ходу.