– Так вот с Леной, – продолжала Аня, – отношения у нее не сложились и совсем испортились после того, как Федор разбогател.
– Почему?
– Это долгая история, – вздохнула моя собеседница.
– А я никуда и не тороплюсь.
– Хорошо, – ответила Аня, – попробую изложить логично и кратко. Надеюсь, это поможет в поисках ее убийцы.
ГЛАВА 22
Когда Светочка Ломакина выбрала себе в мужья Федора, все родственники, как один, были против этого брака. И брат, и мать, и старшая сестра.
– Ну что это за профессия – аккордеонист, – вздыхала мать-инженер, – в ресторане перед пьяными играть.
Отвратительно.
Но Света стойко выдержала натиск, Федор нравился ей безумно, и девушка побежала в загс. Родные обозлились, но на свадьбу пришли, подарили сервиз и с удовлетворением отметили: они правы. Молодой муж был беден, как церковная мышь, расписываться пошел в старом костюме и не сумел купить жене даже самого завалящего колечка.
Первые годы брака были тяжелыми. Федор получал мало, носясь с аккордеоном из кабака в кабак, иногда вместо денег он приносил банки с едой.
Света работала учительницей, набрала лишних часов, классное руководство, горы тетрадей… Кое-как они держались на плаву. И уж совсем тяжело стало, когда появился Антон.
Мать отказалась помогать.
– Не послушалась моего совета, живи как хочешь!"
"Лена тоже отказалась дать денег, даже в долг. А к брату Света не пошла, ясно было, что ничего хорошего не получится. Долгие годы для Светочки пределом мечтаний служили новые брюки или туфли. У Федора никак не получалось выбиться в люди, к тому же у муженька оказались две страсти: бабы и марки.
Вернее, марки и бабы. Потому что он не придавал никакого значения без конца меняющимся любовницам, а вот небольшие кусочки бумаги с зубчатыми краями ценил больше жизни. Это оказалась страсть, всепоглощающая и черная. Федор мог унести из дома последние копейки, отложенные на детское питание, чтобы приобрести какую-нибудь «Боливию» или «Колумбию». Однажды, как раз под Новый, 1983 год, он схватил сэкономленные женой сто рублей и приволок очередное приобретение.
– Ты только посмотри, – совал он Свете кляссер, – полюбуйся.
Но жена в марках ничего не понимала, более того, она их ненавидела, так терпеть не могут близких родственников, назойливых, жадных и наглых.
– Федя, – пробормотала Светлана, – ведь ты знаешь, что нас пригласили в гости встречать Новый год, я хотела платье купить. Ну в чем мне теперь идти?
– В брюках, – пробормотал муженек, вытаскивая лупу.
