Похорони Меня Ложью

Я вдруг чувствую, что краска сошла с лица. Предательство проходит через систему. Он даже не потянулся ко мне после той ночи, но у него есть время для нее?

— Он тебя уволил, — цежу я сквозь зубы.

Ее губы сжимаются при напоминании.

— Не благодаря тебе, я уверена. И это не рабочая поездка.

Мой желудок сжимается от картины, которую она явно рисует для меня. Я знаю, что мы не пара, но после ночи мне показалось, что что-то изменилось. Наверное, я ошиблась. Не знаю, чему я удивляюсь. Я знала, что не могу ему доверять.

Это только доказывает.

— Ох, ничего себе, — выдыхает она, и в ее глазах мелькает злобный огонек. — Ты не знала?

Она притворяется обеспокоенной. Очевидно, я выдаю на своем лице гораздо больше, чем намеревалась. Однако я вижу ее насквозь. В ее глазах мелькает ликование. Ей это нравится. Мысль о том, что Баз держит меня в неведении.

Почему я вдруг чувствую себя наложницей в этих отношениях?

Я прочищаю горло, заправляя влажные волосы за уши.

Эти слова, как кислота на моем языке, признают поражение.

Ее верхняя часть губы кривится от удовольствия. Взгляд скользит вверх и вниз по моему телу, завернутому в полотенце, и останавливается на моих волосах, и я внезапно снова чувствую себя той молодой девушкой. Незначительной. Словно я не совсем сравнима со всеми остальными.

— Знаешь, — шепчет она, подходя ближе. — Я солгала. В конце концов, блондинстый оттенок не твой цвет. Черные волосы подходили тебе гораздо больше.

Ее слова попали в намеченную цель, когда она поворачивается, чтобы уйти.

Я изо всех сил стараюсь отдышаться и не обращать внимания на крошащееся ощущение в груди, стеснение в легких и абсолютное ужасное чувство того, что я тону в своей неуверенности.

Как только за ней захлопывается дверь, я едва не падаю в обморок. Я позволила себе погрязнуть в обиде и боли. Не хочу думать, почему она оставила здесь одежду, но это все, на чем я могу сосредоточиться. Она и Баз вместе, даже когда он сказал, что она всего лишь его сотрудница. Что за дерьмо.

Когда Дэн приходит, чтобы принести мне еду, он не комментирует, но я вижу, что он медлит, будто хочет сказать больше, но не делает этого.

Чтобы отвлечься, я звоню Кэт и Вере, надеясь, что они смогут немного облегчить боль. Я держу их в курсе происходящего, но забываю упомянуть о своих чувствах и о том, насколько они изменились с тех пор, как я здесь. Единственное, что я намеревалась сделать, единственное, что я сказала, что не позволю случиться, оно произошло.