Похорони Меня Ложью

Он всегда был самым вспыльчивым и непредсказуемым, но казалось, что он изнемогает. И он, казалось, злился, что Зак притворяется им, будто у него не было ни малейшего понятия. Когда его спросили о той ночи, я ожидал, что он промолчит. Только он этого не сделал, и правда была намного хуже, чем мне хотелось верить. Все складывалось. И все это должно было снова разбить сердце Маккензи, поэтому я держал это в себе. Хранил секреты до тех пор, пока я не смогу защитить ее и ее сердце от всех, кто хочет причинить ей боль.

Все, что угодно, лишь бы защитить ее.

Выпрямившись, я откидываюсь на спинку кровати, мой сверхактивный мозг уже погружается в работу и цифры. Скорее всего, я не смогу заснуть в ближайшее время. Всякий раз, когда я сплю с Мак у них дома, у меня нет этой проблемы. Я крепко сплю, но, когда ее нет рядом, я не могу уснуть. Все, что я могу, это думать. Это не дает мне спать всю ночь, пока я пытаюсь найти способы исправить это, сделать все правильно, управляя клубом и курортными сетями.

Я так давно ничего не слышал от Винсента, и это само по себе достаточно компрометирующе, но остальная часть парней.

Я вырываюсь из своих мыслей, когда вижу тень, двигающуюся к кровати. Мои глаза расширяются, когда я понимаю, что это Маккензи.

— Маккензи? Где Ава? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам, будто она собирается внезапно появиться.

Не отвечая, Маккензи присаживается на край кровати, рядом с моими ногами, и смотрит на меня.

Когда мы смотрим друг на друга, я не могу не чувствовать, что что-то не так, что-то изменилось в ней прямо сейчас. Она уже не та, что прежде. Я, кажется, не могу понять, в чем дело. На ее губах появляется легкая улыбка, и волосы на затылке встают дыбом, потому что такой улыбки я никогда не видел у Маккензи.

Я прищуриваюсь, оглядывая ее с ног до головы, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит.

— Что ты здесь делаешь?

Улыбка медленно сползает с ее лица, и она хмурится. Взгляд больше похож на взгляд Маккензи, и это успокаивает меня всего на несколько секунд.

Мое сердце колотится, брови опускаются, мышцы живота сжимаются.

— Спасти кого? Где Ава?

Маккензи наклоняется ко мне, обхватывая ладонями мою щеку, и при этом луна освещает ее лицо, как жидкая жемчужина, четко обнажая черты. Я отшатываюсь, когда она смотрит на меня.