Покоренная судьбой

На нем не было никаких следов использования, но на диванах и боксерском мешке они были. Я проглотил комментарий.

— Вы хотите обсудить маршруты наркотиков через нашу территорию, — сказал Нино, примостившись на краю стола. Мне нравился его стиль, когда он говорил, как есть. Это избавляло нас от фальшивых любезностей, которые мы все презирали.

— Действительно. Но Техас вряд ли можно считать вашей территорией в настоящее время, — сказал отец.

Губы Римо растянулись в жесткой улыбке.

— Он больше мой, чем чей-либо еще.

— Изгои МК — результат неудачного развития событий в Фамильи, а не в Каморре, — сказал Нино.

Я стиснул зубы. Он был не совсем неправ. Марселла, влюбившаяся в байкера, который ее похитил, без необходимости все усложнила, но...

Невио ухмыльнулся, прислонившись к стене со скрещенными руками.

— Вот что случается, когда женщины раздвигают ноги не перед тем парнем, а семья не расчленяет этого засранца, как положено.

Я сделал шаг вперед, моя рука дернулась к ножу в тот самый момент, когда отец прорычал.

— Невио, — предупредил Римо голосом, от которого даже у меня по спине пробежала дрожь.

Нино встал между нами и своими братом и племянником. — Мы здесь не для того, чтобы обсуждать прошлые решения. Речь идет о поиске решений на будущее.

— Говоря о будущем, как поживает твоя прекрасная невеста? — небрежно спросил Невио. В его глазах была насмешка, — Не могу дождаться, когда смогу присутствовать на свадьбе века, чтобы стать свидетелем величайшей истории любви всех времен.

Я жестоко улыбнулся. — Когда же ты собираешься похитить бедную женщину в качестве своей собственной жены, как того требует семейная традиция и единственный способ, которым женщина когда-либо будет терпеть твою сумасшедшую задницу?

Невио бросился на меня, но я предвидел это движение. Однако это не помешало мне потерять опору от силы его удара. Никто из Фальконе не любил, когда им напоминали о том, что Римо похитил Серафину в день ее свадьбы.

Мы ударились о стену, и кровь наполнила мой рот, когда я проткнул зубами язык.

Меня снова отбросило к стене, и отец прижал предплечье к моему горлу, тяжело дыша, его глаза горели от едва сдерживаемой ярости.

Римо повалил Невио на колени и держал его там, что-то бормоча ему на ухо.