Покоренный ее красотой

Миссис Хатчинс – вполне респектабельная особа и, казалось, понимает, в чем состоят ее обязанности. Кстати, где эта женщина? Она заверила меня, что будет оберегать наше имя.

– Она отказалась спуститься вниз.

– Боится отвечать за свои промахи, – проворчал виконт. – А где твоя гувернантка? Я тысячу раз говорил ей, что ты должна быть вдвое добродетельнее, чем любая другая девица на выданье, чтобы исправить урон, нанесенный твоей матерью.

– Миссис Флэксайд обиделась прошлым вечером, когда ты назвал ее рукой Сатаны и обвинил в том, что я превратилась в потаскушку.

– Я выпил пару бокалов, – признал ее отец, ничуть не раскаявшись. – Так сказать, утопил свое горе в вине, после того как мне бросили в лицо – в лицо! – что моя дочь пустилась во все тяжкие.

– Она отбыла спустя час, – продолжила Линнет. – И вряд ли вернется. Тинкл говорит, что она прихватила с собой немало столового серебра.

– Никогда не следует злить приближенных слуг, – заметила Зенобия, – потому что они отлично знают, где хранятся ценности.

– Он никогда не присылал мне любовных писем, если уж на то пошло. Но однажды утром он бросил в окно моей спальни горсть клубники. Миссис Флэксайд сказала, что никто не должен об этом знать.

– И теперь она сбежала и трезвонит об этом по всему городу, – подытожила Зенобия. – Ты и вправду болван, Корнелиус. Тебе следовало тут же заплатить ей пятьсот фунтов и отправить прямиком в Суффолк.

Вряд ли ее гувернантка упустит такой шанс, подумала Линнет. Они всегда недолюбливали друг друга. По правде говоря, она редко нравилась женщинам. С тех пор как она дебютировала в свете четыре месяца назад, она часто видела, как другие девушки сбиваются в стайки и хихикают, прикрываясь ладошками. Но ни одна из них ни разу не посвятила Линнет в их шутки.

Зенобия потянулась к шнуру колокольчика и дернула.

– Ты бы мог предложить мне чаю, Корнелиус. Возможно, жизнь Линнет круто изменилась, но нам по-прежнему нужно есть.

– Я погиб, а ты хочешь чаю? – простонал виконт.

Тинкл открыл дверь так быстро, что Линнет догадалась: он подслушивал, хотя и не особенно удивилась.

– Подайте нам чай и что-нибудь перекусить, – распорядилась ее тетка. – Только что-нибудь легкое.

Тинкл озадаченно нахмурился.