Покоренный ее красотой

Жизнь такова, какова она есть. Пришло время перестать злиться на отца и жить дальше, с изувеченной ногой и всем остальным.

– Вот и славно, – сказал Себастьян, отпив из бокала. – Иисусе, как приятно снова почувствовать себя чистым. Я не хотел выбираться из ванны.

Прафрок протянул Пирсу блюдо с молодым аспарагусом.

– Доктор Биттс встал с постели. Он еще слаб, но его слуга говорит, что он уже интересуется пациентами.

– Биттс, – ворчливо произнес Пирс. – Он неплохой врач, особенно для джентльмена. Лучше чем Пендере.

Этот болван явился вчера с настойкой из розовых лепестков для очищения языков больных. Не вижу в этом вреда, но и пользы тоже.

– Думаю, из джентльменов получаются лучшие доктора, – сказал Себастьян. – Посмотри хотя бы на нас двоих. – Он торжествующе усмехнулся, несмотря на усталость в глазах. – Мы проделали адскую работу, чтобы погасить эту вспышку скарлатины, Пирс. И для этого даже не потребовалось отрезать никому конечности, что у нас получается лучше всего.

– Мы исключение, – заявил Пирс, взбалтывая вино в бокале и стараясь не думать о Линнет.

Тщетно. Он не думал о Линнет, только когда занимался непосредственно с больными. – Такие, как Биттс, предпочитают балы… – Он замолк.

Биттс… танцующий с Линнет, смеясь и склонив к ней голову… обдавая ее своим дыханием. И так почти каждый вечер.

Пирс так резко отодвинулся от стола, что едва не опрокинул свой стул.

Себастьян разинул рот.

– Она танцевала с Биттсом. Я болван, проклятый болван. Она танцевала с Биттсом в тот вечер, когда он заболел, а потом уехала в той карете без всякого сопровождения.

 – Кровь прилила к его голове, сознание помутилось. – Где моя трость, где эта чертова трость?

Трость упала на пол. Прафрок кинулся поднимать ее. Себастьян тоже встал, озабоченно хмурясь.

– Симптомы Биттса проявились на следующий день, – хрипло сказал Пирс. – На следующий день, Себ! Она могла заболеть в дороге. Она могла…

Он повернулся, оттолкнув Прафрока с дороги так грубо, что дворецкий отлетел в сторону, ударившись о сервант.

– Подожди! – крикнул Себастьян. – Это надо обдумать.

– Здесь нечего обдумывать, – сказал Пирс, охваченный паникой, которая разлилась по его жилам, как ртуть. – Я поеду за ней. Принеси мой камзол, болван! – бросил он лакею. – Прафрок, карету! Самую быструю, что у нас есть. Коляску.

– Ты не знаешь, где она, – возразил Себастьян. – По какой дороге поехала. Ты не можешь ехать в коляске всю дорогу до Лондона.

– Я спрошу у отца о дороге.