Покоренный ее красотой

– Миште Хамейок, – выговорил больной, с трудом ворочая распухшим языком.

– Могу я что-нибудь сделать для вас? – спросила она. – Может, вы хотите пить?

– Доктор сказал, что ему ничего не нужно, – произнес голос за ее спиной.

Обернувшись, Линнет увидела маленького мальчика, лежавшего на соседней кровати. Он выглядел не многим привлекательнее, чем ее новый знакомый: кожа и кости, с темными растрепанными волосами. В нем тоже чувствовалась запущенность пса из подворотни. Линнет ощутила тревогу. Неужели он один из умирающих пациентов, о которых говорила Элиза?

– Это не означает, что он не может пить воду, – сказала она.

– Гэвин, – сообщил мальчик, сев на постели. – Вчера доктора решили, что у Хаммерхока лихорадка. Поэтому к нему время от времени подходит сестра, прикладывает к его лицу мокрую тряпку и дает какое-то лекарство.

Хаммерхок согласно кивал.

– А где она? – поинтересовалась Линнет, чувствуя себя не в своей тарелке.

– У нее перерыв, – сообщил Гэвин.

– Умирающими? Разве ты умирающий?

Мальчик ухмыльнулся:

– Доктор говорит, что мы все умирающие.

Со стороны постели Хаммерхока донесся полузадушенный звук, и Линнет повернулась к нему. Он указал на стакан воды, и она помогла ему сделать глоток. Он снова откинулся на подушку и закрыл глаза.

Линнет прошлась взглядом по ряду кроватей, на которых лежали пациенты. Большинство из них, казалось, находилось в забытьи.

– Как ты здесь оказался?

– Меня привезла мама. – Он нахмурился. – И оставила здесь.

– Ты живешь далеко отсюда?

– Не очень. Хотя дальше, чем до рынка.

– Ну, ничего, теперь о тебе позаботится доктор, – сказала Линнет. – И скоро ты сможешь вернуться домой.

– Нет, – возразил Гэвин. – Мне нельзя возвращаться домой, потому что я болен, а здесь у меня есть постель. Моя ма сказала, что мне нужно остаться, потому что здесь есть простыни, видите? И сколько угодно еды.

Дверь за спиной Линнет открылась, впустив, судя по голосам, группу мужчин.

– Ну и ну, посмотрите, кто нас посетил, рискуя замарать свой сияющий ореол, – произнес ворчливый голос.

Линнет не оборачивалась, глядя на Гэвина, который еще выше подтянулся на постели, опираясь на подушки, и расплылся в широкой ухмылке. Затем раздался стук трости, и по другую сторону постели появился Пирс.