Покоренный ее красотой

– О, извините, – сказала Линнет, оправдываясь. – Просто я слышала, как лорд Марчент упомянул о сестре Матильде, но, конечно, при таком количестве пациентов у него не одна сестра.

– Доктор обращается ко мне подобным образом, потому что таково его представление о шутках, – заявила миссис Хэвлок. – Я не сестра, а экономка этого крыла здания. А теперь, если вы хотите взять юного Гэвина на прогулку, держитесь подальше от конюшни. Не хватает только, чтобы он подхватил блох. Этот мальчик буквально притягивает всякую заразу.

Гэвин счел нужным вмешаться.

– Мы даже не подойдем к блохам, – заверил он экономку. – Мисс только отведет меня к бассейну, чтобы посмотреть на море. – Его глаза сияли со всем пылом миссионера, стоящего перед райскими вратами.

Миссис Хэвлок скептически хмыкнула.

– Я бы сказала «нет», но он доводит других пациентов до безумия. Пусть лучше прогуляется.

– Только не забирайте мою кровать, – сказал Гэвин, приуныв.

Линнет сделала жест Нейтену, стоявшему у двери.

– Ты не мог бы вынести наружу юного мистера Гэвина, чтобы мы не мешали миссис Хэвлок? Наверняка у нее полно дел.

Миссис Хэвлок одарила ее очередным испепеляющим взглядом, заставив Линнет осознать, насколько поношенный кожаный фартук отличается от бледно желтого утреннего платья, отделанного вишневыми ленточками.

Она ответила экономке вызывающей улыбкой. Не ее вина, что она родилась в семье, где считалось нормальным проводить утро, нанося визиты, полдень, расхаживая по магазинам, а вечер, танцуя в бальных залах.

Тем более миссис Хэвлок не выбирала семью, которая позволила ей – или вынудила ее – занять должность в больнице Пирса.

– Вы одна заботитесь о пациентах в этом крыле?

– Нет, конечно! – отрезала экономка. – Это было бы крайне нелепо. Мне помогают горничные и санитары. – Явно считая Линнет совершенно бесполезной в этом смысле, она повернулась и двинулась прочь, не попрощавшись.

К бассейну они, разумеется, не пошли. Нейтен отнес Гэвина в конюшню и вернулся к исполнению своих обязанностей в замке, пообещав вернуться через час.

– Он выглядит по-другому, – заметил Гэвин. – Вам не кажется, что теперь, когда у него появился я, он выглядит счастливее?

Линнет посмотрела на пса. У Руфуса было не слишком много шерсти, но та, что была, стояла дыбом. Одно ухо торчало, а другое было откушено наполовину, видимо, в далеком прошлом.