Полдень, XXI век, 2003 № 04

Автобус подъезжает, рыхлый мужик, нагнувшись через окно, просто забирает мешок из рук товарища инспектора, автобус взрыкивает трубой и стремительно уезжает.

Генерал-полковник остаётся ждать. От ждёт наступления сна. Слабость быстро захватывает его удушливой волной.

В городе распространился слух, что может быть очень опасно иметь на руке синий крестик. Каждый, у кого только в доме есть шариковая авторучка, должен опасаться того, чтобы случайно не посадить на руке синий крестик, это может привести к очень большим неприятным последствиям.

Вечером, возвращаясь домой после многолюдный очередей или душных автобусов, многие люди обнаруживали у себя на руке, или на какой-нибудь ноге, под отворотом воротника или манжетом штанины, маленький синий крестик. Крестик был едва заметен, но это неважно, они всё уже знали. Крестик не смывался никаким химическим средством, водой, щелоком. Внешне выглядя наподобие чернильной каракули, он по своим свойствам был скорее наподобие татуировки и никогда не сходил.

Некоторые пытались даже с этим обращаться к врачу, врачи сначала смеялись, но потом, когда такие обращения стали повторяться, начали относиться серьёзнее.

Или ещё многие своими усилиями на коммунальной кухне столовым ножом пытались снимать кусочки кожи, а после, когда это не помогало, то также старались выковыривать кусочки мякоти мяса. (В стакане раствор спирта в холодной воде, часть для наркотического обезболивания принятием внутрь, часть для обеззараживания руки и ножа.) Но крестик вёл себя по-странному, как живой: раз обосновавшись на теле, он не хотел уходить. Ему не нравилось, что его выковыривали, он цеплялся за тело. Он, как жучок, либо перебегал на другой кусочек кожи, либо же вторгался ещё глубже в мясо. Когда снимался последний кусочек, у него на конце всегда оставалась маленькая чернильная капелька, она капала на тело, и там снова возникал крестик.

Позже этих людей обязательно кто-то убивал, и милиция никогда не могла найти, кто это сделал.

Двое в комнате, он и она.

Она говорит:

— Известно ли тебе, что я — самая обыкновенная девушка? Почему, я не понимаю, ты думаешь, что во мне может быть что-то особенное?

Я не понимаю, я никак не могу понять, как получилось так, что ты нашёл-то меня. Но это всё равно очень хорошо, это прямо чудесно, что мы нашли друг друга. Теперь, может быть, нам будет гораздо легче вдвоём.

Ты не представляешь, ты просто представить себе не можешь, как мне было раньше плохо, пока я была просто одна.