Говоря о себе, Кейт старалась отделываться общими фразами, боясь, что Энди может что-то почувствовать. Он, в свою очередь, подробно рассказывал о подготовке к процессам, и это действительно было очень интересно, но строки, в которых Энди писал, как он ее любит и как по ней скучает, Кейт просто не могла читать. Каждое слово, каждая буква была для нее как острый нож, как удар прямо в сердце. Что делать, она просто не представляла и малодушно соглашалась с Джо, который предлагал ей не волноваться по крайней мере до конца сентября.
А сентябрь был уже не за горами. Наступил август, а Кейт обещала родителям, что в августе она приедет на мыс Код, чтобы пожить с ними хотя бы неделю. Расставаться с Джо даже на этот срок ей не хотелось — у них и так было слишком мало времени. С другой стороны, она знала, что если не поедет на дачу, родители начнут волноваться. Элизабет была вполне способна неожиданно нагрянуть к ней в Нью-Йорк, и тогда дело непременно закончилось бы скандалом. Вот почему Кейт решила, что лучше она поедет, но постарается вернуться пораньше.
Джо одобрил этот ее план, сказав, что он все равно будет занят, так как у него накопились кое-какие дела. Они договорились также, что Кейт будет звонить ему сама: Элизабет сразу узнала бы голос Джо, если бы случайно взяла трубку, а это могло натолкнуть ее на ненужные размышления.
Кейт прожила на мысе Код пять дней, отчаянно скучая по Джо и считая часы, оставшиеся до того момента, когда она сможет вернуться в Нью-Йорк, не вызывая ничьих подозрений.
Вечером шестого дня на берегу состоялось традиционное осеннее барбекю, и Кейт сидела с родителями и несколькими друзьями на соседской террасе и вертела в пальцах недопитый бокал мартини, когда, обернувшись, вдруг увидела поднимавшегося на крыльцо Джо и буквально остолбенела от неожиданности. Она даже не сразу вспомнила, что здесь живут его старые друзья, и в первые секунды испугалась, что их обман раскрыт.
Хозяева — пожилая супружеская пара — хорошо помнили Джо по прошлым годам.
Впрочем, Джо был не тот человек, которого можно было легко забыть, к тому же он мог украсить собой любую компанию. Он как раз здоровался с гостями, медленно приближаясь к Кейт, когда его заметила Элизабет.
— Никак это Джо Олбрайт! — негромко воскликнула она. — Хотела бы я знать, что он здесь делает?
— Понятия не имею, — ответила Кейт, хотя Элизабет ни о чем ее не спрашивала.
Она даже отвернулась, чтобы мать ничего не прочла по ее лицу.
