Во-первых, они встретились в обстановке, которая была гораздо менее официальной, чем многолюдный прием в роскошном особняке, а во-вторых… во-вторых, он вспоминал Кейт достаточно часто и сумел, пусть и заочно, приучить себя к ее обществу.
Слегка подавшись вперед, Джо взял у нее из руки палочку с обуглившимися остатками алтейного корня и бросил в костер.
— Вы, кажется, собирались перекусить? — спросил он, беря инициативу в свои руки.
Собиралась, но не успела, — ответила Кейт и смущенно улыбнулась, когда он невзначай задел рукой ее обнаженный локоть.
— Вы ведь сами видели, что сталось с моими бедными корешками.
— Как не стыдно хватать куски перед ужином! — проворчал Джо с напускной суровостью. — Впрочем, не могу же я допустить, чтобы вы умерли от голода! Хотите, я поджарю вам пару сосисок?
Кейт кивнула, и Джо, взяв с одного из подносов несколько сосисок, ловко насадил их на новую деревянную палочку, чередуя с кусками нарезанных помидоров и колечками сладкого лука. Облив сосиски майонезом, он шагнул вперед и поднес все это сооружение к огню.
— Что вы поделывали все это время? — спросил он.
— Ничего. — Кейт слегка пожала плечами. — Училась в основном… Этой весной я закончила школу и поступила в Рэдклифф. Вот и все. Больше ничего интересного в моей жизни не произошло.
Правила вежливости требовали, чтобы она поинтересовалась его делами, но Кейт это почему-то не пришло в голову. Она и так знала, какие рекорды Джо поставил, какие соревнования выиграл. Обо всем этом она читала в газетах, к тому же много рассказал ей отец.
— Что ж, это прекрасно! Я был уверен, что вас примут. И горжусь вами, — сказал Джо, и Кейт почувствовала, что краснеет. К счастью, на берегу уже было достаточно темно, и он ничего не заметил.
Джо держался намного увереннее, чем в прошлый раз, — Кейт сразу это почувствовала благодаря врожденной женской интуиции, позволявшей ей угадывать многое из того, о чем она даже не задумывалась. «Наверное, это потому, что однажды мы уже встречались», — решила она. Ей и в голову не могло прийти, что Джо думал о ней очень часто и в его представлении они уже были давними, близкими друзьями.
Как у многих нелюдимых или излишне застенчивых людей, у него была манера воображать себе встречи и разговоры со знакомыми. В мыслях Джо снова и снова прокручивал их, словно кинопленку, выдумывая возможные варианты развития событий, так что когда такие встречи в конце концов случались, он заранее знал, что его ожидает и какой оборот может принять разговор.
