Когда неделю спустя Кейт разговаривала по телефону с матерью, обсуждая детали предстоящего праздника, она вдруг заметила в вестибюле одну из однокурсниц, которая быстро бежала по проходу. Лицо девушки было мокрым от слез, и Кейт сразу подумала, что у нее, очевидно, что-то случилось — может быть, умер кто-то из близких. Девушка что-то выкрикивала, но Кейт не могла разобрать — что именно, поскольку Элизабет как раз зачитывала ей список легких закусок, которые должны были подать на празднике.
— Что ты сказала, мама? — переспросила она и невольно поморщилась — в вестибюле появилась группа девушек, которые что-то быстро и возбужденно говорили друг другу, и поднялся невероятный шум.
— Я сказала… Что?! — Голос Элизабет внезапно прозвучал совсем тихо, словно она отвернулась от трубки аппарата. — Что ты говоришь, Кларк?..
Кейт слышала на заднем плане голос отца, сказавшего что-то неразборчивое, потом Элизабет неожиданно вскрикнула.
— Что случилось? Что-нибудь с папой?! — в тревоге закричала Кейт.
— Что ты молчишь, мама?!"
"Ее сердце заколотилось часто-часто, а ладони вдруг стали мокрыми. На несколько ужасных мгновений Кейт как будто вернулась в тот день, когда мать сказала ей о смерти отца. Стараясь справиться с собой, Кейт отняла трубку от уха и, оглядевшись по сторонам, заметила, что многие девушки в вестибюле плачут. Только тут до нее дошло, что Кларк ни при чем, однако почти мгновенно Кейт поняла — случилось что-то еще более страшное.
— Что случилось, мама?! — снова крикнула она в трубку.
— Скажи же мне!
— Твой отец только что слышал по радио… — Элизабет всхлипнула. Она явно была потрясена, растеряна, напугана; впрочем, как потом узнала Кейт, переданное по радио сообщение повергло в шок всю нацию. — Япония… Полчаса назад японцы бомбили Перл-Харбор и потопили много американских кораблей. Убито несколько тысяч наших моряков… Господи, как это ужасно!
— Перл-Харбор?..
Кейт в растерянности огляделась. В вестибюле, где она стояла, собралось уже больше двух десятков девушек, а наверху хлопали новые и новые двери — другие студентки тоже спешили вниз.
И из всех комнат доносился звук работающих радиоприемников. Станции были разные, но все дикторы повторяли одни и те же слова: Перл-Харбор, катастрофа, национальный позор, война. Их заглушали громкие всхлипывания и уже не сдерживаемые рыдания — большинство студенток поняли, что их отцы, братья и возлюбленные подвергаются смертельной опасности.
