Полюса притяжения

Гнев отца, Йигит, тетя Барчин… Плевать на то, что она кого-то расстроит!

«Я же умру, если Йигит ко мне прикоснется…»

«Я умру без своего Северного…»

«Господи, я умру без него!»

Когда в спальне появляется Марина, сил у Яны уже ни на что нет. В том числе и на то, чтобы хорохориться и делать вид, что у нее все хорошо.

— Там все уже собираются. Тебе не стало лучше? Точно не пойдешь?

— Нет, — хрипит едва слышно в ответ. — Останусь дома.

— А что тебя беспокоит? Может, врача вызвать?

— Что болит, хоть скажи? — не унимается Марина.

— Душа у меня болит.

В спальне повисает первая напряженная пауза.

— Почему? Что случилось, Ян? Что не так с твоей душой? — садится сестра рядом на кровать.

Трогает ладонью лоб, щеку. Проводит пальцами под глазами.

— Яночка… Ты меня пугаешь. Почему у тебя болит душа?

— Просто, когда вместо сердца рана, это, видимо, нормально.

— А что с твоим сердцем, милая? — понижает Марина голос до шепота.

— Его просто больше нет.

— Что ты такое говоришь? Ну, вот что ты говоришь? Ну же… — в переживаниях, невольно злится Савелян.

 — Расскажи нормально, что случилось.

А Янке просто хочется поскорее снова остаться одной. Все равно уже, что подумает о ней старшая сестра, и что будет говорить.

Больнее ей уже не может быть.

— У нас с Рагнариным были отношения.

— С Денисом? В каком смысле, отношения?

— В полном смысле. У нас было… Все у нас было. Все, что может быть между мужчиной и женщиной.

— Янка… — вздрагивая, отшатывается Марина. — О, Боже, — закрывает ладонями лицо.

Качает головой.

Убирая руки, медленно переводит дыхание. Заметно успокаивается, но в глазах ее все еще отражаются шок и полнейшее замешательство.

— Милая моя, — укладываясь рядом, обнимает.

Гладит младшую сестру ладонью по спине.

Слов утешения не находит. Как она, зная дядю Мехмеда, может сказать Янке, что все будет хорошо? Не будет. И от этого Марину переполняют беспокойство и страх, которые она, конечно же, старается не выказывать.

— Милая моя… Я сдам билеты. Не полечу на Карибы. Как только будет возможность, вылечу в Турцию.

Слышишь? Потерпишь? Я прилечу к тебе. И мы что-нибудь придумаем. Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Яну же переполняют переживания другого рода. Их она и выплескивает, крепко прижимаясь к сестре:

— Он ведь не знал об Йигите. Я завралась по всем фронтам. И вчера Денис это понял. И… Он разочаровался во мне. Сказал, что я фальшивая. Не та, которой пыталась казаться. Ты же знаешь, какой он гордый? Знаешь… Он думает, что я не просто обманула.