Полюса притяжения

Зачем Денис так делает? Это же невозможно терпеть. Невыносимо.

Поддаваясь неясному порыву, Шахина опирается на локти и прослеживает все манипуляции Дениса визуально. С изумлением осознает, что наблюдение за тем, как он ее вылизывает, добавляет ощущениям остроты.

Стыд затапливает, но она упорно держит глаза открытыми, даже несмотря на наливающуюся в теле тяжесть.

— Пожалуйста… Пожалуйста… Денис Рагнарин…

Что же ей сейчас необходимо? Что?

Не понимает. Только догадывается: раз удовольствие с каждой секундой нарастает, значит, есть какая-то вершина.

И ей крайне сильно хочется до нее добраться.

А в этом ей может помочь только Денис.

— Пожалуйста… Пожалуйста…

Тягучие спазмы стягиваю живот. Томительное наслаждение ощутимо бьет изнутри, заставляя мышцы сокращаться. Кажется, вот-вот произойдет что-то удивительное… Какой-то безумный взрыв… Кажется… И снова нет… Откатывает, на миг уступая власть каким-то болезненным, почти неприятным ощущениям.

По липкой от испарины коже медленно ползет озноб. Кровь циркулирует стремительными огненными циклами.

В дыхании прорывается такая частота, что легкие начинают жечь. Сердце бешеными ударами разбивает кружащуюся в груди хлипкую массу эмоций.

Весь организм сбоит. Работает странно. Неправильно. Пугающе.

Наверх бы… Вдохнуть… Освободиться…

— Пожалуйста… Пожалуйста…

Моргая, отмечает, что темнота с каждым разом задерживается. Пространство расплывается. Так тяжело и так хорошо, что в какой-то момент все эти ощущения кажутся просто непереносимыми.

Странная волна, гибкая, как кошка, щекоткой пробегает по спине вниз. Задерживается на пояснице. Печет там до нестерпимого зуда.

— Ах… Пожалуйста… Пожалуйста… — двигает бедрами навстречу его языку.

Стопы ног напряженно сгибаются. Пальцы начинают дико дрожать.

Теряясь в ощущениях, на изломе мучительного наслаждения, Яна прикрывает глаза. Опадает на спину. С незнакомой остротой отзывается на то, как Денис зажимает пальцами оба ее соска.

И вот тогда, наконец, происходит тот самый безумный взрыв, который так долго преследовало ее тело.

Наслаждение горячими потоками ударяется во внешнюю оболочку. Спина, отрываясь от постели, выгибается. Губы открываются, хватая воздух. Рвущийся из груди крик сдержать не удается. Высокий и пронзительный, он разбивает глухую тишину спальни.

Звучание плавно меняется на волнах изумительной освобождающей дрожи, переходя сначала на срывающийся хриплый стон, затем на протяжное мычание, а после — и вовсе мягко стихая.