Полюса притяжения

Отходит к окну, подальше от потока валящей к выходу толпы.

— Узнаешь? Айна, ты понимаешь, где я нахожусь? — улыбка матери пропадает, она выводит изображение на основную камеру.

Люди. Очень много людей. Они перемещаются по обширному помещению, облицованному стеклом и хромированным металлом, в разных направлениях с чемоданами.

— Что ты там делаешь?

Ответ матери вызывает у девушки конкретный ступор:

— Мы с Йигитом и тетей Барчин летим к тебе!

Этот радостный визг застревает в ее черепной коробке. Протяжным звоном бьет по стенкам.

— В каком смысле летите ко мне?

— Мы с отцом так решили, — тараторит Наталья, не замечая потерянности дочери. — Тетя Барчин никогда не видела Россию. Йигиту интересно посмотреть, как устроилась ты. А я просто соскучилась по дочерям и Москве! Проведем вместе время, погуляем, будем смотреть фильмы, болтать… Ну и все вместе полетим назад в Турцию. Так безопаснее для тебя.

— Но… Когда вы успели с билетами?

— А мы еще в начале октябре заказали.

— Почему мне не говорили?

— Так это же сюрприз!

Сюрприз — так сюрприз. Янка от ужаса едва не теряет сознание. По голове ходят мысли и домыслы, картинки жуткого разоблачения… Искаженная яростью физиономия Йигита, убитое лицо отца, разочарование и боль в глазах матери…

Реакцию Дениса прочувствовать не удается. Сознание заполняет его красивое мужественное лицо, неотразимая улыбка, проницательный взгляд. Представляет его таким, каким привыкла лицезреть каждый день.

Получится ли у нее сохранить свой секрет? Удастся ли удержать эти два берега порознь? А если нет? Поймет ли Рагнарин причины, которые вынуждали ее молчать об обещании отца и предстоящей помолвке? Как расценит ложь о том, что отец знает об их отношениях? Поймет ли он ее?

За грудной клеткой разливается жгучая боль. Тревога горьким комком подступает к горлу. Забивает органы чувств, будто стекловата.

Кажется, что это должно помочь. Движения, действия, мнимый контроль ситуации.

Часа через четыре, вместе с Мариной встречает гостей в Шереметьево. Наталья Шахина шагает, словно модель, ступившая после долгого перерыва на подиум. Не замечая веса огромного чемодана, с чарующим девичьим восторгом, заразительным энтузиазмом и природной грацией продвигается по залу.