Извините, что беспокою вас в столь поздний час… но … я понимаю, что это не мое дело, но… я сегодня видела Джейн, и мне показалось, что девочка себя плохо чувствовала, я очень боюсь, что это может оказаться грипп, о котором сейчас так много говорят в новостях, - пусть она будет выглядеть дурой, но Джина просто обязана начать бить тревогу.
-Да нет, с Джейн все хорошо, вроде здорова… - неуверенно проговорила Мэри, - но спасибо, что позвонили.
-Может быть, Вы еще раз поговорите с дочерью? Уверяю, что что-то с ней не так.
-Миссис Эшли, еще раз спасибо за беспокойство, но поверьте, мы справимся сами, - сухо ответила она. Так, значит, они что-то знают… Это уже хорошо…В трубке послышалось “Мэри, кто звонит?”, миссис Петерсон закрыла микрофон телефонной трубки ладонью, но видимо плохо, потому что Джина все слышала.
-Миссис Эшли, спрашивает о Джейн, говорит, что она сегодня была не в себе.
-Еще бы! Видеть эту неблагодарную больше не хочу!
Джина бросила трубку и отпрянула. Определенно это был голос Джека, Джека Петерсона, но она никогда не слышала, чтобы он говорил таким тоном, тем более, о своем ребенке! Боже… что же случилось? Руки задрожали.
***
Когда Джейн вышла из гимназии, Макс уже ждал в машине, он равнодушно смотрел из окна на студентов, играющих в футбол на школьном стадионе, курил. Она осторожно села рядом, выпрямив спину, плотно сдвинув коленки. “Как в первый раз”, - подумала сама себе.
-Если я начну ругаться, что ты куришь, ты опять психанешь? - нарочито бодро спросила она и попыталась улыбнуться.
Макс медленно повернул голову, затушил сигарету в пепельнице.
-Последняя, малыш, - улыбнулся, заводя машину.
-Как дела в хоре? - продолжила она прощупывать ситуацию.
-Твоего отца не было, поэтому нормально. Ты не передумала?
-Нет.
Джейн положила ладонь ему на бедро. “Трудно, но возможно”. Ее рука немного дрожала.
-Как у тебя дела в школе? - небрежно спросил он, поддерживая разговор.
-Хорошо, как всегда, - и быстро добавила, - Шен тебе привет передавала, - хотя она сегодня вообще не разговаривала с подругой.
Зачем она соврала? Попыталась придумать алиби, чтобы он не догадался, что она весь день читала статьи о наркотиках? Глупо, он бы никогда не догадался… Да и если бы и догадался, то, что тут такого? Почему-то ей казалось, что нужно обязательно скрыть этот поступок. Боже, как она боялась говорить об этом, словно проблема, существуя только в ее голове, была неопасной, нелепой фантазией, но если сказать о ней вслух - ужасы станут явью.
