Выходя из кабинета, где не осталось повода задерживаться, я отметила, что телохранители не дежурили в ожидании прямо под дверью. Наверняка предугадали, что мы выйдем с компанией, поэтому слаженно присоединились по пути, и собрались полным составом уже к выходу из ЗАГСа.
На улице Вадим передал меня Олегу, а сам остался о чем-то переговорить с родственниками. Не знаю, собирались ли они присутствовать на торжестве, но их серебристый Роллс Ройс не последовал за нашим кортежем. Хотя я точно услышала, что мой муж дал команду двигаться в ресторан, перед тем как сел в машину.
Нервно поглаживая пальцами обручальное кольцо, я то и дело украдкой поглядывала на соседнее сиденье. Я не осознавала до конца, что теперь замужем, но все равно улавливала перемены внутри. Какое-то новое ощущение, похожее на уверенность, стабильность, твердую почву…
Значила ли эта женитьба хоть что-то для Вадима? Или для него это лишь спектакль, который нужно отыграть, чтобы отстоять свой выбор и защитить меня?
Тишина в салоне начинала давить на нервы.
Меня все больше угнетало это молчание и неизвестность, которую, в то же время, страшно было раскрывать.
– Почему в кабинет не зашла охрана? – вдруг спросила я, не столько озаботившись этим, сколько желая хоть как-то разрядить обстановку. – Ты настолько доверяешь этим двоим мужчинам?
Вадим сосредоточил на мне взгляд, но почти сразу вернул его к окну и спокойно ответил:"
"– Таковы правила игры, Эльза. Неважно, как я к ним отношусь – я должен был показать, что доверяю.
– А в ресторане? – тут же уточнила я с налетом настороженности.
– Ты тоже должен будешь следовать этим правилам?..
Он отрицательно качнул головой.
– В ресторане будет много чужих. Семья – важные гости, но не основные.
Тихий вздох сорвался с губ. Господи, хоть бы этот день скорее кончился!
Я опустила напряженный взгляд на руки и негромко заметила:
– По-моему я не очень понравилась твоему брату.
Вадим выдержал паузу, за которую я успела решить, что напрасно пытаюсь завязать разговор.
– Если человек не улыбается, это еще ни о чем не говорит, Эльза, – снисходительно заметил он.
– Адам в принципе редко веселится.
– И редко говорит… – подхватила я.
– Да. Потому что он немой.
Я свела брови и вскинула озадаченный взгляд. В первую секунду подумала, что это сарказм, но вид Вадима не выдавал и намека на иронию.
– Немой?.. – повторила я. – Подожди, но мне показалось, когда мы зашли в кабинет, он…
– Тебе показалось, – перебил бандит. – Вслух говорил только его отец.
