А вдруг он не хочет? Вдруг посчитает меня развратной и убогой?
Вряд ли Вадима посещала мысль о том, что у меня много месяцев не было мужчины…
Убегая от его взгляда, я как назло вновь наткнулась глазами на член, который заметно увеличился в размерах и непроизвольно сглотнула.
– О чем думаешь? – проникновенно спросил муж, наклонившись к моему уху.
О твоем возбужденном члене…
– Я… хотела спросить тебя, – виртуозно переключилась я. – Вообще-то еще вчера, когда мы сидели в ресторане.
– Спрашивай, – благосклонно разрешил он.
Я взяла маленькую паузу, чтобы правильно подойти к теме вопроса.
– Наши семьи в состоянии войны много лет, – начала задумчиво, а Вадим сразу нахмурился. Кажется, он совсем не ожидал, что я коснусь этого. – Но я впервые осознала, что никто и никогда не говорил мне, с чего все началось?
Продолжая напряженно смотреть на меня, он отстранился и будто нехотя предположил:
– Может потому что никто и не помнит этой самой причины?
– А ты помнишь?.. – неотступно спросила я.
Знаю, почему так загорелась. Эти размышления ведь занимали мою голову не раз и не два. Я хоть и слабо, но надеялась найти в ответе ключик... Ключик, который помог бы если не полностью остановить, то хотя бы заморозить противостояние двух семей.
– Эльза, – подчеркнуто обратился ко мне муж. – Что бы я не ответил, ты должна понимать – каждая сторона неизбежно будет выдвигать свою версию. И гнуть свою линию.
– Я понимаю, – со всей ответственностью уверила я. – Тогда я хочу знать твою версию.
Версию Астаховых…
Он поджал губы. Не знаю, почему эта тема ему так не нравилась. Возможно, потому что для обсуждения я выбрала не самое подходящее время, когда не хотелось особо грузиться. И все же Вадим дал мне ответ.
– У моего отца есть не только сестра. Но и брат-близнец. – Я изумленно приоткрыла рот, а он поправился: – Точнее – был.
В полной мере поняв это уточнение, я осторожно призналась:
– Я понятия не имела…
– Ну, разумеется, – отсек муж, столкнувшись с моими глазами.
– Вряд ли Князев стал бы посвящать тебя. Ведь это был его партнер.
Я уже сомневалась, что хотела знать правду. Вдруг стало понятно, почему он предупредил меня о «версиях».
– Что с ним случилось? – все же решилась я спросить.
– Жадность, – холодно отчеканил Вадим. – Твоему отцу стало мало того, что он имел. Поэтому алчный ублюдок разыграл целую схему, чтобы уничтожить моего дядю и при этом выйти из воды сухим.
Я больше не задавала вопросов. Только слушала.
