А затем принялась заново стелить переворошенную в хлам постель, будто так и надо.
Погляди, какая заботливая.
Я бессовестно наблюдала, как работница убирает устроенный мной бардак, совершенно не собираясь ее останавливать. Даже с каким-то нездоровым чувством удовлетворения наблюдала.
– Покушай, пожалуйста, – попросила она, направляясь с ведром полным осколков к двери.
И тут мне надоело подыгрывать этому цирку.
– Я должна уйти отсюда, Карима, – предупреждающим тоном сказала я. – Помоги мне сделать это, пока не случилась беда!
Карима задержала на мне растерянный взгляд.
На секунду я решила, что смогла ее впечатлить, но увы… Она притворилась глухой – сконфуженно уставилась себе под ноги и дернула дверную ручку."
"– Здесь ты в безопасности, – негромко обронила работница, выходя в коридор, а я разочарованно прикрыла глаза.
К еде я не притронулась. Не нарочно, просто это последнее, о чем я могла думать в таком состоянии. Кариме пришлось забирать полный поднос, и на ее лицемерные уговоры я ничего не отвечала.
Аж, смешно стало… Кавказская пленница, блин.
Я знала, что рано или поздно Саид придет ко мне. Он не из тех, кто станет избегать встречи даже в такой ситуации. Тем более на обед я тоже ничего не съела, а, значит, работница все передаст своему хозяину и простимулирует его навестить меня быстрее, чем он мог планировать.
Я прямо ждала этого визита, потому что понимала – чтобы чего-то добиться, мне придется общаться со своим настойчивым, но недальновидным ухажером.
Конечно, можно было давно попросить о встрече с хозяином отеля охранников, но я уверилась, что мне «деликатно» откажут. Поэтому просто смиренно ждала и настраивала себя, как могла.
Еще я надеялась, что Карима все же одумается... Сжалится надо мной или испугается, но поможет мне уйти из этого проклятого отеля! Я должна была уйти отсюда любой ценой.
Какого же было мое удивление, когда в самом конце дня, вместо Саида и Каримы ко мне в комнату без стука вошел хмурый как грозовая туча, Магомед…
Я тут же настороженно поднялась с кровати и отступила к окну, за которым начинало темнеть.
А мужчина замер посреди комнаты и медленно оглядел меня с головы до ног, да с таким откровенным презрением во взгляде, что мороз прошел по коже. Я даже инстинктивно накрыла ладонями живот.
Молчание начинало давить. Но неожиданно Магомед сунул руку в карман пиджака, что-то достал оттуда и бросил на кровать.
