К тому моменту как меня проводили в отдельную просторную комнату с большой кроватью, на которой уже лежало чистое белье, я практически отключалась на ходу. Обо мне заботилась Мира. Она раздела меня и даже пошла со мной в ванную, чтобы помочь помыться. Врач сказала, что я могу упасть в обморок, тем более после капельницы, поэтому кухарка не отходила от меня ни на шаг.
Такой контраст…
Она так обо мне переживала, тогда как отец малышки держался исключительно на расстоянии с того момент, как огорошил меня своим решением.
Словно я прокаженная какая-то… Потому что он был вынужден принять это решение. Я как ураган вмешалась в судьбу Вадима и подтолкнула его к выбору, который он ни за что бы не сделал в любом другом случае!
Я же прекрасно все понимала.
Избегала заблуждений как огня!
Он и не был обязан со мной нянчиться. Он не просил об этом ребенке и не должен брать на себя ответственность!
Но мысли продолжали царапать утомленное сознание, и сердце вздрагивало, стоило подумать о Вадиме.
Не выходило быть отстраненной. Пока не выходило смириться. Где-то в глубине души я наверное все же надеялась на участие… Не в отношении меня – в отношении его дочери растущей во мне.
Но придется уничтожить эту надежду.
24
Мира дала мне одеть свою ночную сорочку, расстелила постель и моя голова, наконец, коснулась подушки. За окнами еще был день, когда я закрывала глаза. В уютной спальне тихо шуршали шаги кухарки, которая не спешила уходить, моей кожи приятно касалась чистая одежда из нежного хлопка, желудок не болел от голода, а нервы больше не заставляли вздрагивать от каждого шороха.
Я уснула практически за мгновение, чувствуя в душе, если не покой, то уверенность в том, что могу позволить себе передышку.
Вот только во сне меня ждали кошмары, от которых невозможно укрыться…
Я проснулась от собственных стонов. А когда открыла глаза, тело, покрытое холодным потом, парализовало от испуга. Я не сразу поняла, где нахожусь.
За зашторенными окнами царила темнота, в комнате, которая казалась сейчас огромной, никого не было видно и мое сердце начало буквально вылетать из груди от адреналина.
Прижавшись спиной к изголовью кровати, я натянула одеяло до подбородка, пугливо озираясь в пустой спальне. Мира оставила включенной лампу у кровати, но мне все равно было жутко. Сонное сознание рисовало монстров в человеческом обличии, которые стояли в тени углов с заряженным оружием.
