Полночный соблазн

Освободив от ее цепких пальчиков рубашку, он отодвинулся.

– Дженевив, это неправильное решение.

– Неужели? В Оксфорде ты так не думал! – Она смотрела на него глазами, полными слез. Его отказ ранил ее, хотя все, чем он руководствовался, это была забота о ней!

Ричард понимал, чего стоило Дженевив решиться произнести свое требование вслух. Она не ждала от него ничего, кроме утешения и нежности, не думала о своей репутации, не требовала любви. Ирония состояла в том, что Ричард впервые в жизни влюбился, и отрицать это было нелепо.

Однако признаться не мог – для нее он все еще был лжецом. Нагородил слишком много вранья, и признание в любви не исправило бы ситуацию.

– Я беспокоюсь о твоей репутации.

Ричард не мог так просто лишить невинности девушку, которая стала ему дороже всех на свете. Разве это не превращало его, черт побери, в рыцаря в сверкающих доспехах?!

Дженевив вышла из себя.

– Что? Ушам своим не верю! Да ты целыми днями только и делал, что пытался меня соблазнить. И вот теперь, когда я готова отдаться тебе, ты отказываешь мне? – Она в отчаянии всплеснула руками.

 – Что с тобой творится? Ты меня совсем не хочешь?

В ней было столько экспрессии, что желание Ричарда почти ослепило его. Да у него давно все горело между ног, и он неловко переминался, стараясь это скрыть. Хорошо, что в гневе Дженевив не замечала его стараний.

– Все, хватит, идем. – Ричард осторожно потянул ее за рукав, избегая физического контакта.

Дженевив отвернулась так внезапно, что он не сразу понял: она плачет.

Сердце Ричарда сжалось от сочувствия.

Ну как, как объяснить ей свой отказ?! Как вообще можно объяснить что-то плачущей женщине? Ложь Ричарда была между ними словно пропасть, лишала надежды на откровенность. Как он мог признаться, что дорожит ею, что любит ее и не хочет причинять боль, если она даже не знает его настоящего имени?

Шмыгая носом, Дженевив потянулась к нему рукой. Это был такой трогательный, такой детский жест, что Ричард поймал ее пальцы и прижался к ним губами.

– Я не могу сопротивляться тебе, – прошептал он почти беззвучно, но она все равно расслышала.

– О чем ты? – в ее блестящих от слез глазах застыл вопрос.

Несколько секунд оба молчали, глядя друг на друга.

Ричард почувствовал, что падает в пропасть, и нет никакой возможности остановить это падение.

– Будь оно все проклято! – Он признал свое поражение и притянул девушку к себе.

Дженевив показалось, что глаза Кристофера блеснули в темноте. Как будто все запреты, все барьеры были сняты.