Полночный соблазн

Она видела, какой безумный голод терзает его, с каким трудом он противится растущему желанию, но его прикосновения оставались нежными и осторожными, почти робкими. Дженевив была признательна ему за это, однако сама чувствовала жгучую жажду страсти.

Поцелуи были быстрыми, но поверхностными. Девушка тянулась навстречу его губам, привстав на цыпочки, потому что желала большего.

– Кристофер… – пробормотала она между поцелуями.

– Да… – невнятно отозвался он, осторожно перебирая пальцами ее локоны.

– Не так. Я хочу не так…

Его губы касались ее щек, кончика носа, бровей и висков – быстрые, мимолетные, очень ласковые.

– Как ты хочешь, милая?

– Я же говорила: я не хрустальная. Целуй меня так, как хочешь ты.

Его губы вернулись к ее губам, язык скользнул в рот. Дженевив застонала, подаваясь вперед, как будто можно было прижаться еще ближе.

Она чувствовала, что Кристофер все еще боится сжать ее в объятиях, но этот намек на контролируемую силу, читавшийся в поцелуе, заводил ее до безумия.

Странное волшебство царило между ними, рождаясь в прикосновениях и ласках… Неужели так бывает со всеми мужчинами и женщинами? Нет, конечно, нет. Когда лорд Невилл коснулся Дженевив своими грязными лапами, она испытала лишь отвращение и страх. Прикосновения Кристофера, напротив, заставляли желать большего. Она терялась в его объятиях, и мир начинал вращаться вокруг них.

Сама того не сознавая, Дженевив принялась тереться бедрами о его бедра, словно это могло утолить голод, однако от этого действия голод только рос, пока не заслонил собой все остальное. Кристофер… Поцелуи, касания, частое дыхание, лимонная вербена… Не существовало ничего, кроме этого.

Ричард целовал ее шею и плечи, спускался ниже – Дженевив стала негромко стонать в ответ на его ласки. Его пальцы чуть сжали ее плечи – и она охнула, вздрогнув.

Тотчас Ричард отпрянул, словно его ударили.

– Нет! Только не останавливайся! – взмолилась девушка, хватая его за руки.

– Я сжал твое плечо… и ты охнула.

– Он… – Дженевив судорожно вздохнула. – Он швырнул меня на скамью. Я ударилась.

Его губы изогнулись, ноздри расширились.

– Если сейчас ты прекратишь меня целовать, то причинишь не меньшую боль, – призналась она. – Прошу тебя. – Дженевив запустила пальцы в волосы Кристофера. – Прошу…

Сладкие ласки, обещавшие забвение, продолжились.