Полночный соблазн

Нет ничего печальнее, чем несчастливый брак.

Прежде чем Ричард успел ответить, в гостиную вошли слуги с чайным сервизом и угощениями.

Дженевив чувствовала, как подрагивает рука Ричарда на ее плече. Пальцы были холодными. Похоже, семейные призраки сейчас роились в его памяти, причиняя мучения.

Когда слуги вышли, леди Огюста продолжала сидеть, не двигаясь. Она даже попытки не сделала гостеприимно подать чашки сыну и невестке. Ее лицо было напряженным, улыбка совершенно утратила естественность.

– Быть может, ты наконец задашь свой вопрос? – произнесла она изменившимся голосом, глядя на Ричарда.

Пальцы Ричарда сжались, и Дженевив погладила его руку.

– Я бы спросил, но прежде ты никогда не давала ответа, – бросил он резко.

Обернувшись, Дженевив увидела муку в его глазах. Брак залечил многие раны на его сердце, однако самая глубокая, которую он получил еще в детстве, так и не затянулась.

– Ты просто не был готов услышать ответ. – Леди Огюста помолчала. – Но теперь я вижу тебя рядом с женщиной, которую ты любишь.

– Если бы я не изменился, мы вряд ли бы встретились, – глухо ответил Ричард.

– Пожалуй… – Последовала долгая пауза. – Что ж, задавай свой вопрос. – Это прозвучало не как приказ, а скорее как мольба.

Дженевив гладила пальцы Ричарда и мысленно молилась.

– Хорошо. Ты расскажешь мне о моем отце?

На мгновение Дженевив подумала, что леди Огюста откажется – так исказилось ее лицо, – но женщина сняла с шеи и протянула сыну медальон.

– Этот человек – твой отец, Ричард.

Дженевив отпустила руку мужа. Он принял медальон и раскрыл его. Почти минуту он молчал.

– Майор Томас Фрейзер.

Теперь мать Ричарда не выглядела надменной. Ее губы были сжаты, вокруг рта обозначились скорбные морщинки, глаза угасли. Она вовсе не напоминала ужасную гарпию, какой ее описывал сын.

Ричард опустился на диван, разглядывая изображение в медальоне. Его пальцы дрожали. Дженевив хотелось обнять мужа, но она не решалась.

Ричард был очень бледен. Дженевив перевела взгляд на леди Огюсту – ее сердце сжалось. Женщина смотрела на сына со страхом и волнением. Внезапно Дженевив поняла: причиной разрыва отношений и отдаления матери было вовсе не отсутствие любви, а беспокойство за сына.

– Томас Фрейзер… – Ричард словно пробовал имя на вкус. – Расскажи о нем.

– Он был храбрым человеком.

Ричард вскинул взгляд.