Полночный соблазн

Томаса ждала прекрасная военная карьера, но он продал все, что у него было, чтобы мы могли начать все сначала на другом континенте.

– Он был уверен, что ваша любовь того стоит, – откликнулся Ричард без тени иронии.

– Мы были готовы уехать, но денег было недостаточно, и Томас согласился еще на одну миссию. Во Франции тогда царил хаос. Тысячи убитых, Робеспьер сходил с ума, творилось нечто невообразимое. Как именно погиб Томас, я не знаю. В конце концов, я не была его женой, а любовницам никто подробностей не сообщает.

Я слышала, что Томаса предали. Я потеряла любимого человека, который оставил меня беременной. – Леди Огюста смахнула слезу. – Я узнала о своем положении сразу, как только он уехал во Францию. Сэр Лестер вернулся из Санкт-Петербурга, когда у меня родился сын. Ты, Ричард. Поскольку мой супруг не имел возможности завести своих детей, он с радостью принял чужого и объявил его наследником. Сэр Лестер любил тебя как своего. Не знаю, помнишь ли ты это?

Ричард слепо смотрел на картину над камином.

– Он был добр ко мне, – ответил он. – Я долго оплакивал его кончину.

Губы леди Огюсты сжались.

– Но не мог уберечь тебя от скандала. Сплетники умеют считать, обмануть высший свет не так просто. Меня ненавидели все, на каждом углу обсуждали мой блудливый нрав. Много лет я противостояла гадким сплетням, отбивалась от непристойных предложений и превратила свое клеймо в черный флаг, который несла над головой. Я не желала рассказывать тебе детали этой истории, считая, что ты не поймешь моих мотивов.

Однако теперь, когда я вижу, как ты любишь жену, молчать бессмысленно. Прости меня, сын.

Наступило тяжелое молчание. Годы обид и унижений, не дававшие покоя Ричарду Хармзуорту, не так-то легко было забыть. Дженевив так хотелось, чтобы муж сделал верный выбор, не судил сгоряча, но она сидела молча, опустив глаза.

Ричард медленно встал и прошелся по гостиной, потом остановился рядом с женой и протянул ей медальон. Дженевив взглянула на крошечный портрет и ахнула. На нее смотрел Ричард, только в старомодном парике.

Сходство было потрясающим. Дженевив подняла глаза на мужа. Что он чувствует после откровений матери? Она снова и снова молилась о том, чтобы он правильно выбрал свой следующий шаг.

Ричард подошел к матери. Леди Огюста смотрела на него снизу вверх, ее темные глаза были полны мольбы. Казалось, она ждет казни. Слишком много лет было упущено для исповеди.

Ричард опустился на колени перед матерью.

– Я сочувствую тебе в твоей утрате, мама.