Полночный соблазн

– Возможно, вы измените свое мнение, когда узнаете меня получше.

Скорее старая Гекуба научится петь арии Россини, подумалось Дженевив, но она оставила эту мысль при себе. Ей следовало вести себя более сдержанно. Особенно если мистер Эванс поселится с ней под одной крышей.

И как отцу могла прийти в голову такая мысль? Конечно, в своем доме он иногда принимал ученых мужей, некоторые из них платили ему ренту и оставались на какое-то время постояльцами, что облегчало совместную работу. Но дать кров первому встречному? Что ж, по всему выходило, что труд, над которым девушка втайне работала, становился все более актуальным.

– Как долго вы пробудете в Литтл-Деррике? – спросила Дженевив напряженно.

Что-то в улыбке мистера Эванса заставило ее отступить. Ей показалось, что это была первая искренняя улыбка гостя за все время его пребывания. Так улыбался бы тигр, загнав антилопу. Это вызвало ужас и странный трепет в теле девушки.

– Столько, сколько потребуется, – мягко, почти вкрадчиво ответил Ричард.

Весь день он изображал идеального гостя, обаятельного богача, внимательного человека. Но Дженевив успела заметить странное превращение, длившееся всего пару мгновений. Интуиция не подвела ее: мистер Эванс был не тем, за кого себя выдавал.

– Какой уклончивый ответ.

– Скажем так… я задержусь ровно на столько, сколько потребуется, чтобы вы оттаяли, моя дорогая Дженевив.

– Перестаньте заигрывать со мной, – твердо сказала она. – Вы флиртуете только потому, что это ваша привычная манера поведения.

На этот раз Ричард громко расхохотался. Это был приятный смех, открытый, настоящий.

– Вы снова уложили меня на лопатки, мисс Барретт. Какие бы уловки я ни применял, вы все время меня побеждаете.

Она не улыбнулась в ответ, хотя его удивительный смех эхом отозвался в ее сердце.

– Я предпочитаю искренних людей, мистер Эванс.

– А вот вашей тетушке мое поведение вполне по нраву.

– Моей тетушке понравится любой неженатый мужчина в радиусе пяти миль, если за него можно будет меня сосватать.

Опять смех в ответ! Этот раздражающий, открытый… приятный смех. Дженевив едва не улыбнулась, но вовремя сжала губы.

– Какая очаровательная женщина!

– И чем дольше мы будем оставаться наедине, тем ярче она будет представлять ваше кольцо на моем пальце.

Мистер Эванс небрежно прислонился к дверной притолоке и посмотрел на Дженевив так, как будто она обеспечила ему чудесное развлечение. Возможно, так оно и было.