Полночный соблазн

Вероятно, его слегка забавляли ее неловкость и прямолинейность. Должно быть, он с этим прежде не сталкивался.

– Вы говорите о браке с таким презрением, с каким говорят о нем светские повесы, – заметил Ричард.

– Даже так? – Он сощурил глаза. – Вы сделали обо мне неверные выводы. Я всего лишь человек, преследующий научные интересы.

– Ах, оставьте! Научные интересы! Может, я и кажусь вам не слишком умной, но даже я понимаю, что вы бесконечно далеки от науки.

– Вот как? – Мистер Эванс окинул ее долгим задумчивым взглядом.

 – Мне кажется, я понял причину вашей враждебности. Дело не в том, что я вам не нравлюсь. Скорее, я не вызываю у вас доверия.

Дженевив опустила глаза. Как ловко он ее раскусил! Откуда такая проницательность в таком самовлюбленном человеке?

– А разве одно исключает другое? Быть может, вы не вызываете доверия и одновременно неприятны мне? – пролепетала девушка.

Ричард подошел ближе.

– Так я вам неприятен?

Дженевив уставилась на него, как кролик на удава. Ее никогда не целовали. Никто и никогда не касался ее губ своими.

Но сейчас у нее было такое чувство, что он вот-вот ее поцелует. И это почему-то не возмущало ее, а заставляло трепетать от предвкушения.

– Пожалуйста, уходите. – У нее был хриплый, словно внезапно севший голос. – Тетя Люси решит, что вы как порядочный джентльмен должны будете на мне жениться, если я не вернусь в течение следующих пяти минут.

– Вы действительно не торопитесь выйти замуж, – задумчиво сказал мистер Эванс.

Алый цвет снова залил ее щеки, поэтому Дженевив ответила резко:

– Я не просто не тороплюсь.

Я вовсе не хочу замуж.

– Ого, мисс Барретт, подобные высказывания могут шокировать.

– Я отдаю себя науке. Мое негативное отношение к браку не означает, что я готова на неприличные связи, – отрезала она.

Что это? Он наклонился или разыгралось ее воображение?

– Какая жалость. – Ричард внезапно выпрямился и водрузил на голову шляпу. – До завтра, мисс Барретт.

Дженевив обдало жаром. Ее отец, сам того не подозревая, привел волка в овчарню.

Девушка расправила плечи, напоминая себе, что она умная и независимая, способная отличить редкий фолиант от бульварного чтива, а благородного человека от нечестивца.

– До сих пор не могу понять, что вам за радость жить под одной крышей с викарием и его семьей. Вам очень быстро наскучит наше общество.

– Я дам вам знать, если заскучаю.

– Да что же вам нужно, мистер Эванс? – вырвалось у нее.

Ричард отступил назад и поклонился со всей учтивостью, на какую был способен.