Полночный вальс

 – Склонившись, он прильнул к ее губам во властном поцелуе. Его язык и губы стали требовательными и безжалостными, неутомимыми в своем стремлении завладеть всем ее существом.

Реакция Белл оказалась быстрой и пылкой. Резкий поцелуй воспламенил в ней желание, и она ответила с не меньшей страстью, проводя ладонями по спине Джона. Его горячие губы спустились по ее шее, оставляя за собой пылающий след.

– Ты заперла дверь? – хрипло спросил он, не отрывая губ от ее кожи.

– Что? – Море страсти так увлекло Белл, что она не расслышала ни слова.

Она покачала головой.

– Проклятие! – Джон нехотя прекратил поцелуи и поднял Белл с колен.

Посадив ее на мягкий подлокотник кресла, он пересек комнату, остро ощущая неровное дыхание за спиной.

Джон решительно повернул ключ и вернулся к жене, сгорая от вожделения. К сожалению, не успел он сделать и двух шагов, как раздался громкий стук. Еле слышно выругавшись, Джон быстро убедился, что одежда Белл в приличном виде, и распахнул дверь.

– Ну, что там? – рявкнул он.

– Милорд, вам письмо, – послышался голос перепуганного лакея.

Джон кивнул и взял конверт с подноса.

– Нож для писем обычно лежит вон там, – подсказала Белл, кивая в сторону стола.

Последовав ее совету, Джон вскрыл печать. Послание было написано на дорогой тонкой бумаге.

«Дорогой мой лорд Блэквуд, зачем считать меня глупцом? Если хочешь встретиться, я бы предпочел назначить время сам и выбрать нейтральную территорию. Я всегда питал глубокую привязанность к району пристани. Джордж Спенсер».

– От кого это? – спросила Белл.

Джон смял листок бумаги в кулаке.

– От Джорджа Спенсера, – рассеянно проговорил он.

– Что? – воскликнула Белл. – Зачем ему понадобилось писать тебе?

– Затем, что он пытается меня прикончить, – объяснил Джон в приливе раздражения. – И кроме того, сегодня я отправил ему письмо.

– Что?.. Но зачем? Почему же ты не сказал мне?

– Похоже, ты превращаешься в сварливую жену, – вздохнул Джон.

– Ну, о том, чтобы превратить меня в жену, ты позаботился сам, а что касается сварливости… пожалуй, это мое исключительное право, учитывая наше невыносимое положение.

– На все сразу, – фыркнула Белл.

– Я написал ему, поскольку считал, что мои шансы защититься увеличатся, если я встречусь с ним открыто и выясню, насколько сильна его ненависть ко мне. Тебе я не сообщил о письме потому, что ты спала. А потом ты была… занята другим делом.

– Прости, что я несправедливо обвинила тебя, – сокрушенно произнесла Белл.