Полночный вальс

 – Но я не понимаю, чего ты добьешься, встретившись с ним. Ты сам предоставишь ему возможность совершить нападение.

– Я отнюдь не собираюсь подставлять себя под удар, любимая. Я предложил ему встретиться здесь. Вряд ли он совершил бы попытку нападения в моем доме, то есть в твоем.

Но едва эти слова слетели с его языка, Джон понял, что совершил ошибку, ибо Белл воскликнула:

– Откуда тебе знать, на что он готов? Если он и впрямь ненавидит тебя, он не станет задумываться о последствиях и нападет даже в присутствии свидетелей.

– Белл, только не говори…

– Я буду говорить все, что сочту нужным! Ты рискуешь собственной жизнью, не признаешься в том, что любишь меня, не позволяешь даже мне признаваться в любви. – Она издала невнятный звук и прижала ладонь ко рту, приглушая вырвавшийся всхлип. – Неужели тебе все равно? -

Джон крепко сжал ее руку.

– Нет, не все равно, Белл.

– Никто и не пытается это делать, кроме тебя.

Он глубоко и прерывисто вздохнул.

– Разве тебе мало знать то, что мне не все равно, Белл? Что ты достигла таких глубин моей души, о существовании которых я и не подозревал? Разве этого мало?

– Пока мне этого достаточно, – приглушенно отозвалась она, – но не навсегда, запомни.

Джон зажал в ладонях ее лицо и склонился, желая поцеловать ее, но Белл отвернулась.

– По-моему, прежде нам надо покончить с противником. Трудно строить семью, когда опасаешься за жизнь мужа.

Джон ощутил пустоту, возникшую в его сердце, когда Белл отстранилась.

– Обещаю тебе, дорогая, я не стану рисковать. У меня нет желания умирать, но я не могу позволить себе терять годы, прячась от Спенсера, Когда-нибудь он все равно настигнет меня.

– Знаю, знаю. О чем говорилось в письме?

Джон поднялся и прошел к окну.

– Он не желает встречаться со мной здесь, – проговорил он, глядя на оживленную улицу.

– Насчет ловушки? Да, хотя теперь мне кажется, что эта идея не лишена смысла.

– Он пожелал встретиться со мной у пристани.

– Надеюсь, ты не согласишься на такое, – содрогнулась Белл. Она никогда не бывала на пристани, но всем в Лондоне было известно об опасностях этого района.

– Я не настолько глуп, – отозвался Джон, невольно повторяя слова Спенсера.