Полночный вальс

Услышав намеренное обращение по имени, Джон ощутил, как по его телу прокатилась теплая волна, и порадовался тому, что сделал первый шаг и назвал Белл по имени, не спрашивая ее позволения. Он решил, что ему нравится эта леди Арабелла, несмотря на ее благородное происхождение. Он не припоминал, когда прежде улыбался так часто. Белл была умна и забавна, правда, чересчур красива, чтобы чувствовать себя спокойным в ее обществе, но Джон не сомневался, что он научится сдерживать свое влечение к ней.

Однако она отличалась поразительной беспечностью по отношению к самой себе, об этом свидетельствовали ее отказ от очков, готовая лопнуть мозоль и склонность к одиноким прогулкам.

Очевидно, кому-то следовало воззвать к ее здравому смыслу. Поскольку поблизости не было никого другого, Джон решил взять эту задачу на себя и зашагал к пруду, почти волоча Белл за собой.

– Зачем же, Джо-о-о-н! – протестующе протянула она.

– Бе-е-елл! – удачно передразнил он.

– Я вполне способна сама позаботиться о себе, – заявила Белл, прибавляя шагу, чтобы не отставать.

Для человека со столь заметной хромотой Джон двигался на удивление быстро.

– А по-моему, как раз на это вы не способны – иначе у вас на носу давно сидели бы очки.

Белл так решительно остановилась, что Джон удивленно обернулся к ней.

– Очки нужны мне только для чтения, – сообщила она.

– Приятно слышать, что вы признались хотя бы в этом.

– Я уже думала, что вы начинаете мне нравиться, но теперь понимаю: я ошиблась.

– Я по-прежнему вам нравлюсь, – заверил Джон и зашагал к пруду, не отпуская ее руки.

– Нет, не нравитесь!

– Нет, не… впрочем, может быть, вы правы, – смирилась она. – Но по-моему, вы ведете себя слишком дерзко.

– А по-моему, у вас на пятке – огромная мозоль. Так что прекратите ворчать.

– Нет, вы именно ворчали.

Она со вздохом сдалась и позволила отвести себя к пруду. У пруда она уселась на траву неподалеку от берега, пока Джон спустился к воде и намочил платок.

– Он, случайно, не грязный? – поинтересовалась Белл.

– Мой платок или пруд?

Джон вернулся к ней и показал белоснежный квадратик ткани.

– Он безукоризненно чист.

Белл вздохнула при виде его решимости промыть ее мозоль, и выставила босую ногу из-под юбки.

– Так не годится, – заявил Джон.

– Вам придется лечь на живот.

– Ни за что! – выпалила Белл.

Джон склонил голову набок.

– Насколько я понимаю, – задумчиво произнес он, – у нас имеется два выхода.

Он надолго замолчал, и Белл была вынуждена спросить:

– Да.