Полночный вальс

– Вы уверены в том, что не желаете присоединиться ко мне?

– Совершенно уверен.

Белл была удивлена и раздосадована. Прежде никто еще не говорил ей, что вполне может обойтись без ее общества.

Она неловко сидела на одеяле, положив на колени «Зимнюю сказку», и не знала, что сказать – особенно теперь, когда Джон стоял, повернувшись к ней спиной.

Вдруг Джон обернулся и прокашлялся.

– С вашей стороны было неучтиво заявлять, что мне нужны очки, – выпалила она, главным образом для того, чтобы опередить собеседника.

– Прошу прощения.

Я никогда не блистал в светских беседах.

– Вероятно, от недостатка практики, – заметила Белл.

– Скажи вы это другим тоном, миледи, и можно было бы заподозрить, что вы флиртуете со мной.

Белл резко захлопнула «Зимнюю сказку» и вскочила.

– Теперь я понимаю, вы правы: вы не только не блистаете в светской беседе – вы о ней и представления не имеете!

– Это не единственное мое достоинство.

Белл от изумления приоткрыла рот.

– Вижу, вы не принадлежите к числу ценителей моего юмора, – заметил он.

– Трудно представить себе, что таковые вообще существуют.

Последовала пауза, после которой Джон довольно резко заявил:

– Больше не появляйтесь здесь в одиночку.

Белл торопливо сгребла в корзину свои вещи.

– Не беспокойтесь, я больше не стану вторгаться в ваши владения.

– Я не запрещаю вам приезжать сюда. Я только предложил вам в будущем приходить сюда со спутником.

Так и не подобрав достаточно колкого ответа, Белл заявила:

Джон глянул на небо.

– Советую вам поторопиться: скоро начнется дождь.

Мне самому придется прошагать до дома пару миль. За это время я наверняка промокну до нитки.

– Разве вы пришли пешком?

– Иногда, миледи, бывает лучше полагаться лишь на собственные ноги. – Джон склонил голову. – Было очень приятно познакомиться.

– Для вас – вполне возможно, – пробормотала себе под нос Белл.

Она долго смотрела вслед удаляющемуся Джону. Его хромота бросалась в, глаза, но Джону удавалось шагать гораздо быстрее, чем предполагала Белл. Она не сводила глаз с нового знакомого, пока тот не скрылся вдали.

Садясь верхом на свою кобылу, она поразилась вдруг промелькнувшей мысли: он хромал, но тем не менее предпочитал пешие прогулки.

Джон Блэквуд прислушался к удаляющемуся стуку копыт и вздохнул. Он вел себя как осел.

Поразмыслив, вздохнул вновь, еще громче – он был раздражен и зол на себя. «Черт побери, я никогда не умел обходиться с дамами!»

Белл придержала кобылу неподалеку от Уэстонберта, дома ее родственников.