Полный оборот

— Ты одна живёшь? — оглядывалась девушка, заложив чёрные волосы за ухо и проглотив разом кусок ветчины.

— С братом. Он сейчас у своей няни, — я кивнула в сторону окна, за которым зимний тёмный вечер переливался предпраздничными огнями.

Мы выпили ликёра. Я пригубила, смакуя удивительный вкус, Надюха хлобыстнула стопку, как водку. Жадно курили, особенно я, надо же до рвоты укуриться, чтобы долго не хотелось.

— Ну? — спросила я, — Верницкий отпустил тебя?

— Нет, — усмехнулась она и, открыв сумку, что лежала у её ног, бухнула на стол пачку денег.

Когда я прокашлялась, ухватилась за телефон. Предательски дрожали пальцы, но я отправила Нилу: «Поторопись».

— Надя… Только не говори, что ты бомбанула самого известного сутенёра в городе.

— Это мои деньги, — неожиданно заорала она и взяла сигарету из моей пачки. — Я их заработала!

— Ты понимаешь, что тебя убьют? — я смотрела на неё в упор.

— Понимаю. Возьми, — она подтолкнула ко мне пачку денег, — это тебе. Типа мои извинения и благодарность, что отчима похоронила.

— Что дороже, твоя жизнь или эта сумка с деньгами? — мне просто интересно, если она не хочет выжить, а надумала насолить Верницкому во что бы то ни стало, то я ничем ей помочь не смогу и даже лезть не буду.

— Не кипишуй, успею из города свалить, — усмехнулась синеглазая труженица коммерческого секса.

— Тебе крупно повезло. Я удачно вышла замуж, и вопрос с Витьком вовсе не вопрос, — я тяжело вздохнула. Невезучая я. Но Нил из тех мужчин, что решают не только свои проблему, но и проблемы своей женщины.

Дверь в прихожей вынесли с одного удара. Она была хлипкой, ещё Нил заметил, что ненадёжная совсем, но заменить не предлагал, был уверен, что переедем с Максом к нему и будем в безопасности. Хлопнуло, бахнуло, скрип и скрежет покорёженного проёма.

Взмах ресниц — и в мгновение ока на кухне три здоровых мужика. Надька только взвизгнула, ей заломали руки. А я и звука не издала, пакет черный на голову натянули и рывком подняли с места. Слышала, как Надька материлась, а потом закричала, видимо, от боли.

— Я вызову полицию! — верещала моя соседка.

— Пошла на х*й, — и щелчок.

Матушки мои! Это оружие! Даже Лихо не убил психичку, что жила напротив, а тут! Что же за звери такие? Раздался выстрел, я невольно съёжилась и попыталась присесть. Мешок был полиэтиленовый, через него ничего не видно и дышать трудно.