Полный оборот

На сколько это гигиенично лизать мою киску после моих ног не знаю, но то, что меня в этот день удовлетворили полностью, до полной отключки запомнится надолго. Я получила ещё один полноценный оргазм, после чего самец залез на меня и, придавив своим весом, стал входить не так глубоко, как раньше, но не менее впечатляюще, потому что шел по другим стенкам влагалища и при каждой фрикции тёрся своим волосатым лобком об клитор, а его тугие яйца, как гири бились об мой трепещущий анус, в итоге Ильич меня довел.

Я больше не смогла, а он смог.

Насколько я помню меня ещё разок трахнули, уже так же мило, как в первый раз, позой тюленя на боку.

В туалет я захотела посреди ночи, и нагишом пошла на улицу в кустики. Мой любовник сидел у стола и натачивал камнем топоры. Внимательно посмотрел на меня, и оторвавшись от работы, сопроводил в ледяную ночь. Не знаю, как я буду зимой в кусты бегать, но надо этот вопрос решить.

Выбежала из кустиков, Нил сразу меня поймал и прижал к себе, подхватив на руки. Вот когда я эти любовные игры начала, именно я начал, продолжи я сопротивляться, ничего бы не было, мелькнула у меня мысль, что могу пожалеть.

Ему нужно гораздо больше, чем я могу выдержать. Еще пару дней и буду прятаться от него по углам. Лихо торжественно нёс меня в свою постель с довольной улыбкой в бороде.

Я забилась в угол, выставив вперёд себя тесак. Ухватила за рукоять двумя руками и угрожающе махнула. Зверь накренился ко мне, прожигая янтарными глазами и облизнулся. Он охотник, я жертва.

Один его бросок, я останусь безоружной. Но кроме ножа в руке у меня есть ещё ультразвук.

— Отвали, Ильич!!! — заверещала я, выводя свой голос на самые высокие ноты. — Я сказала, не буду!

Вот чёрт меня дёрнул по своей воли с ним спать, остановиться Ильич не смог. Затрахал на смерть. У меня всё болеть внутри начало, а потом пришли месячные. Я же этому скоту целую лекцию прочитала, что меня нельзя сейчас трогать, что у животных течка самое оно, а у людей наоборот. И что я в ответ услышала? «В рот».

И завёлся, не отвадить.

Как я и думала, глазом моргнуть не успела, он тесак из моих рук выбил. Накренился надо мной уронив руки по обе стороны от головы и уставился пристально, сощурив глаза. И вот в таком положении он может простоять часа два не меньше, как сегодня утром, не дав мне двигаться, добиваясь своего. И если утром я свей болтовнёй, его утомила, то сейчас в горле пересохло, и начались боли.

На моё спасение что-то ухнуло за окном.