Полный финиш

То есть не то чтобы он напился до визга, который не в состоянии издать ни один уважающий себя поросенок… нет. Просто он уже не слышал ничего, что бы ни говорили ему окружающие, включая и меня, а непрестанно говорил сам. При этом жестикулируя с вполне вероятной угрозой оставить меня без глаза.

— Я х-ха…тел сказать, Женя, что это как бы… провидение, что вы оказались в Сочи в такой фено… менальный… мемо… меме-нт… моменто мори…

Пока эти слова, ковыляя, как пьянчужка по лестнице из полуподвальной пивной — «рыгаловки», вываливались из раскрытого рта Рощина, мне думалось, что, по всей видимости, в эту поездку меня просто-таки преследует злой алкогольный рок.

В плане того, что кто бы со мной ни общался, он немедленно напивается и демонстрирует мне все лучшее из усвоенных им жизненных уроков, что только имеет. Мне же пить ни в коем случае не рекомендуется: следуют загадочные периоды непонятной слабости, ночью плавно перетекающие в кошмары.

Вот и мой драгоценный работодатель Рощин отличился. Прямо как эти Ковалевы, Крыловы и Немякшины.

Сказать, что я не видела Эдуарда Сергеевича в состоянии, хотя бы отдаленно напоминающем нынешнее, — значит ничего не сказать."

"— Я п-па-ла-гаю, что мне не стоило привлекать все это… на выслугу лет… — глубокомысленно выговорил Рощин, опрокидывая бокал с вином. Не опрокидывая, то есть выпивая за чье-то здравие (преимущественно за свое, потому как все-таки его, Эдуарда Сергеевича, юбилей), а зацепив локтем и опрокинув на скатерть, а равно на мое платье и брюки Сергея Дубнова.

 — И вообще… вот скажи, американец, в чем сила? — Он повернулся к Дубнову, тупо заморгал глазами, а потом вдруг гаркнул на пол-клуба: — Э-э-э… ты же черный, как сволочь! Ты «Мойдодыр» читал?!

«Выслуга лет» и сопутствующие цитаты из «нетленки» Алексея Балабанова «Брат-2» (как будто с Крыловым и Ковалевым плотно пообщался) меня доконали. Я наклонилась к Дубнову и произнесла:

— Шефу-то пора отдыхать…

— Да, это точно, — кивнул начальник охраны. — Чего это он так нажрался? Я его первый раз в таком виде…

— Вероятно, нервный стресс.

— Ну… у него еще и не такие нервные стрессы бывали, можешь мне поверить.

— Могу. Но что будем делать?

— Я п-палагаю… что вы говорите… пра-а меня? — влез Рощин и тут же густо икнул, а потом идиотски захохотал. Это было настолько вразрез с его обычным поведением, что мне стало откровенно неловко. Словно я разворошила грязное белье и докопалась до чего-то из ряда вон выходящего и постыдного.