Поменяемся?

— Рафа… — расчувствовавшись, я примирительно стучу ногтем по фаланге его большого пальца. — Знай, что ты лучший сосед по комнате из возможных. По ряду причин наш отдых дал сбой, но мы в силах всё исправить. Сегодня вечером приглашаю тебя в караоке. Вечеринка объявляется безалкогольной, дресс-код — любой, твой свитер таёжника приветствуется.

— Думаешь, я выдержу пару часов в караоке без пива? — Рафаэль морщится, хотя его взгляд становится значительно мягче, а тон — веселее. — Пару банок точно пропущу.

Покуситься на этот священный мужской ритуал даже у меня не хватило бы духа, поэтому я великодушно пожимаю плечами: мол, делай как хочешь, друг.

Так наша потрёпанная алкоголем и онанизмом дружба стала вновь обретать твёрдую почву.

— Ты решила не наряжаться на этот раз? — Рафаэль одобрительно оглядывает мой скромный прикид, состоящий их джинсов и вязаного кардигана.

— Если тебе хотелось спутницу понаряднее, то я могу и переодеться, — ехидничаю я. — Еще одна мини-юбка в моем чемодане найдется.

— Вот давай без этого обойдемся. Я уже настроился на спокойный вечер.

Я смеюсь. Решение не сбегать и реанимировать нашу дружбу определенно было правильным. Неловкость между нами почти не ощущается, и я снова смогу смотреть Рафаэлю в глаза.

— Зато ты решил отказаться от свитера таежника, — я киваю на толстовку, симпатично обтягивающую его плечи. — На этот раз мне придется отбивать тебя от голодных посетительниц.

Никак не отреагировав на это лестное замечание, Рафаэль указывает на стеклянные двери выхода, за которыми ждет машина такси: мол, хватит болтать.

Уже на подъезде к караоке-бару меня охватывает восторг. Высокий фасад здания украшен причудливыми световыми гирляндами, над входом огромный цветной экран транслирует отрывки из популярных караоке-исполнений. Сквозь затемненные панорамные окна бара видны столы и уютные диваны, а у входа маячит промоутер, размахивающий микрофоном как волшебной палочкой.

— Похоже, это популярное место, — восторженно констатирую я, оглядев вереницу дорогих автомобилей, забивших парковку. — Надеюсь, в этом меня не примут за уборщицу и пропустят.

— Пропустят, — заявляет Рафаэль, выразительно погладив рукав своей толстовки. — Ты же со мной.

Я смотрю на него в неверии. Вот же павлин! То есть, комплименты он все-таки различает.

К счастью, ходатайствовать за меня перед секьюрити ему не приходится.