А за ним и бунт.
- Кто же сладит со всем этим? – Головин был так возбужден, что я даже стала переживать за его здоровье.
- Граф Орлов, - улыбнулась Таня и поднялась. – Так, хватит уже страсти обсуждать. Пойдемте лучше чай пить! Так никаких нервов не хватит!
После нашего признания Павел продолжал интересоваться некоторыми событиями, и я, конечно же, рассказывала ему то, что знала. Он начал называть меня на «ты» и обращаться «моя галочка», будто бы имея в виду птицу, но мы-то знали, что это значило на самом деле.
Я благодарила Бога, что муж принял всю информацию достойно, поверил, а главное, не отвернулся от меня. Тем же вечером он мне сказал:
- Галочка, теперь я совсем успокоился. Когда ты сказала, что тебе на самом деле столько же лет как и мне, у меня камень с души свалился! Все же хорошо, когда ты не губишь молодую душу своим присутствием. С ровесницей можно вскрыть больное и неосознанное и не получить в ответ непонимание. Примешь ее опыт, даже самый тяжелый, как и она твой, ведь в этом есть обоюдное исцеление…
Что можно было сказать против такого?
Но помимо удивительных признаний, эмоции от которых все еще не утихли, в усадьбе были и другие проблемы.
Проверив сено, мужики обнаружили в нем куски проволоки. Кто-то специально подложил их, чтобы извести скотину. Теперь перед кормлением, скотницы тщательно перетряхивали сено, чтобы, не дай Бог, не повторилась беда. Благо, что козы страдают от такой болезни значительно реже. Эти животные поедают корм малыми порциями, тщательно его пережёвывают, а обнаружив инородное тело, выплевывают его.
Потому что их слизистая намного чувствительнее. У лошадей и свиней даже острые предметы зачастую выходят естественным путем. Но, несмотря на такие особенности, их корм проверялся тоже.
Это мог сделать кто угодно, например, Николай Григорьевич или его любовница Евдокия. Не хотелось думать, что в усадьбе все еще находились предатели, желающие угодить Потоцким.
А еще приближался день «сговора», когда должны были прибыть родители Андрея, а также гости.
Ведь такое событие принято было праздновать и накрывать столы. Теперь мне можно было спрашивать у Павла все, что казалось непонятным, и я поинтересовалась, как должно проходить сие мероприятие."
"Оказалось, что как только сговор состоялся, помолвка становилась уже публичной и после этого мероприятия ни одна из сторон не могла отказаться от свадьбы без серьезных причин.
