Помещик. Том 1. Сирота

Алексей задавал вопросы, стараясь выйти на острые темы. А Андрейка максимально осторожно с них соскакивал, старательно отшучиваясь и на ходу адаптируя как можно более простые и доходчивые анекдоты под местные реалии. То есть, всеми возможными способами уводя тему если не допроса, то явного опроса к шутливому балагурству. В сторону, то есть. Путая мысли Алексея и сбивая его с толку. Благо, что помещик, который с ним беседовал, не выглядел зубром сыска и допроса. Он скорее по — панибратски пытался выведать настроения парня «за рюмкой чая».

Как, видимо, в те годы и принято было. А втереться в доверие и обойтись без демонстрации грамоты, не сумел или не захотел.

Зачем так поступал парень? Так не секрет. Устал он на каждом шагу вляпываться в истории. Пока в лесу сидел — хорошо было. Как к людям вышел, так по граблям как по паркету. И с каждым шагом все опаснее прогулка.

Может быть он и хотел бы нажаловаться и на воеводу, и на настоятеля с митрополитом. Но делать это не спешил.

Полагая, что таким образом только подставиться. Он ведь и в хитросплетении тульских игрищ едва — едва разобрался. О том же, что там творится в Москве, чей человек воевода и как все это соотносится с царем — ведать не ведал. А в слепую в настолько опасную игру встревать не желал.

Тем более, что этот царев человек, отчаянно напоминал ему если не следователя, то того, кто выполняет эту роль. Топорно и неопытно. Но все — таки. Видимо Иоанн свет Васильевич пытался разобраться в этом вопросе.

И, сначала, отправил одного тяжелого игрока к воеводе[3], тоже князя, чтобы его сразу в лес не послали волков доить. А теперь еще и этого кадра подбросил, чтобы по низам пройтись, да с народом поговорить «по — свойски».

— Быстрее бы это все закончилось, — тихо буркнул Андрейка, выходя из корчмы.

Устинка и Егорка, покачиваясь с осоловелым видом шли за ним. А новые знакомые остались спать на столе. Андрейке очень хотелось грамотку «подрезать», так как она не была именной, и в чем — то походила на ту, которую кардинал Ришилье написал миледи.

Но… не решился.

— Хозяин, ик… — подал голос Устинка. — Негоже их так бросать.

— Да, хозяин, — кивнул Егорка, едва стоя на ногах. — Вместе пришли. Вместе — ушли.

Андрейка вознес глаза к небу и тихо прошептал:

Ведь эти двое были полностью правы. Негоже было новых знакомцев бросать. А то, не ровен час, ограбят. И подумают они на него.