Поместье для брошенной жены

Впрочем, я, скорее всего, быстро их развею.

Дурного умысла у меня не было, реветь давно разучилась, а женские чары у меня бракованные. Кружевное белье, впрочем, есть.

Генерал совершенно спокойно стянул рубашку и без всякого стеснения начал расстегивать штаны. На меня обращал внимания не больше, чем на тумбу или окно.

К нему вернулось пугающее бесстрастие. Глаза безразлично и невидяще скользнули по мне. Меньше часа назад мы наязвили друг другу, а теперь генерал словно поставил между нами стеклянную стенку. Смотреть можно, но достучаться — нет.

Но самым ужасным было то, что в груди у меня равно что-то сладко встрепенулось, обратив сахарный взор на самого фертильного самца в округе.

Учитывая контекст ситуации, это было действительно ужасно, а также жалко и неприлично. Но мое нечто плевать на это хотело.

— Пришлите кого-то наполнить ванну, — даже его голос с нотками зимнего холодка не перебивал сердечный трепет.

— Да, Ваше Высочество.

Заставив себя подняться, присела в прощальном реверансе, и, соблюдая достоинство, вышла из комнаты.

А на деле просто сбежала.

Остаток дня слился в цепь бесконечных бытовых сценок, сцепленных друг с другом в паровозик.

Проветривание и обустройство казарм, готовка ужина, перетряхивание белья, мойка стекол, бесконечный перенос сундуков со всем необходимым из дома к казармам и даже организация полевой кухни. К счастью, старику Баю удалось нанять еще с десяток деревенских девушек для помощи в доме. Без них я бы не справилась. Деревне, в отличие от моего поместья, повезло, про перевертышей там даже не слышали.

В доме стоял гвалт, топор, хлопанье дверей, вскрики и кокетливый девичий смех. Баю удалось нанять только легкую на подъем деревенскую молодежь, и теперь та бессовестно строила глазки драконирам, намыва окна или встряхивая белье. Оставалось только надеяться, что после отъезда военных, на моей земле не случится всплеск рождаемости.

Но так или иначе, а к вечеру в доме пахло чистотой, свежестью накрахмаленных простыней и пряной похлебкой, приправленной чесноком и тимьяном.

Свободный час я потратила на подготовку к ужину. Количество мужиков в доме, а также присутствие молодых девиц, усугубляющих градус всеобщей развязности, вынуждали меня к крайним мерам.

Скрепя сердце, достала из закромов стратегическое платье, являвшее собой компромисс между бальной роскошью и школьной классикой. Кофейный шелк со скромным вырезом, едва открывающим ключицы, узкий рукав в три четверти и полоска молочных кружев у горла и по подолу.