Поместье для брошенной жены

— То есть, всё-таки меняют? — уточнила, подняла прямой взгляд на Фалаша.

Тот, наконец, передумал обстреливать меня двусмысленными взглядами и неожиданно честно сказал:

— Пока не было нужды, закон соблюдали дословно, но дней, когда этой нужды не было, никто уже не помнит. Вот ты, Фарац, помнишь?

Фарац, он же Фир, он же принц, он же наследник помрачнел:

— Век меня, что ли, пинать будешь? Я, что ли, закон менял? Я, как брякнул отцу про законодательство антов, так через неделю уже был на западном фронте.

Вместо ответа, Фалаш хлопнул Фира по плечу, а вейр, имя которого я пропустила, сунул ему в рот канапе с бужениной и ягодным, черт бы его побрал, соусом.

Ответил мне виконт Вальве, тот самый блондин со шрамом:

— Дракон — это первородная ипостась, зверь с крыльями и гребнем, а если сын семьи может только раскрыть крылья, но остается при этом в человеческой форме, это уже совсем другое дело. За полноценного дракона он не считается.

Виконт вполне достоверно помахал кистями рук, очевидно, изображая не совсем дракона и тут же смутился. Кажется, ему было непривычно общество вейр рангом выше веи или драдеры.

— В общем, семья обязана покрыть недостаток количеством. Отдать двух, трех сыновей со вторичной ипостасью, предоставить наемных веев в пешее войско или драдеров, связанных с ними кровью. Отпахал пять лет и домой. Женишься на откупные от государства, дом с садиком заведешь.

— Пять лет? — уточнила настороженно.

Я всегда неплохо соображала в математике и прямо сейчас у меня в голове не сходились цифры. Если тот же виконт Пирре или сам генерал попали на войну в двенадцатилетнем возрасте, то уже в семнадцать должны были вернуться домой. А им обоим под тридцать, и они все еще на фронте.

— Любой дракон находится в подчинении у главы клана, — хмуро вмешался Фалаш. — Если он продлил контракт от твоего имени, будешь служить и пять лет, и десять, и все пятьдесят.

В зале повисло молчание. Наверное, от меня ждали завершающей реакции.

— Фигово, — сказала искренне. — Это же натуральное рабство, только название другое.

К моему удивлению, драконы расхохотались. Весельчак Пирре даже начал прихлопывать себя по колену в приступе эмоций.

— А твари-то знали, на чей дом нападать, а, командор? — он пихнул в плечо молчаливого Ральфара. — Прям как будто прочли недостойные мысли об императоре.