Поместье для брошенной жены

Присев в заученном реверансе, я попыталась дать деру вверх по лестнице, но принц перехватил меня еще на первой ступеньке. Развернул, как игрушечную, и уставился в лицо своими глазищами:

— Негоже такой красавице убегать от замученного боями воина. А уважить?

Я скованно улыбнулась. Глаз отслеживал сходство с Фаншером, причисляя к таковому даже тень от ресниц на щеке. Вот это пугало даже больше.

Голос против воли обрел знакомый металлический привкус:

— И как же вас уважить, Ваше Высочество?

Фарац не проникся напряжением момента.

Закатил глаза и крутанул меня в танцевальном па:

— Да хватит тебе ломаться, малышка. Сама знаешь, что сладкая, как южный мандарин и мягкая, как булочка, так и хочется.… И я тебя выбрал. Будет тебе, вейра, и дом, и даже три дома, коль пожелаешь.

На этот раз мой внутренний чертенок прикинулся рыбой и скорбно молчал. Одно дело шутить с красивым драдером, и совсем другое с братом психически нездорового Фаншера.

— Ну? — поторопил Фарац. — Что думаешь?

Я, Вашество, много думаю, но все непечатное.

Слава богу, что хоть думаю про себя. Вслух за такое можно в казематах прописаться лет на пятьдесят.

Кое-как перестроив мыслеобразы в культурный отказ, я совсем было собралась уведомить принца о невозможности нашего романа, когда с лестницы раздалось холодное:

— Ты выбрал не лучшее время водить шашни, Фир.

Второй генерал оперся на перила и прошелся по нашим лицам нечитаемым взглядом, и, клянусь, я покраснела впервые за долгие десять лет.

Или даже за все восемнадцать. Малиновый жар окатил меня с головы до ног, а в груди встрепенулось что-то отдаленно похожее на чисто женскую стойку на красивого мужика.

И, как и в прошлый раз, меня это мгновенно отрезвило. На секунду я словно увидела себя со стороны. Престарелая по местным канонам вейра кокетничает с молодым драконом с телом языческого бога. Можно ли представить что-то более пошлое?

«Можно, — тут же влез неучтенный внутренний голос. — И не только представить, но и воплотить.

Немного шелка и кружева, немного голого тела. Для надежности можно взять приворотный артефакт и дядюшкин дробовик. У нас есть дядюшка?»

Инструкции по соблазнению от внутреннего голоса звучали, как уголовное дело. И, что гораздо хуже, моя половозрастная адекватность тоже куда-то ушла и не вернулась.

Любезно склонилась в реверансе перед принцем и генералом, я поспешно отшагнула к лестнице. Ну их всех. Нет у меня дядюшки.

— Спокойной ночи, вейры.