Поместье для брошенной жены

Так получается?

— Как же вы прошли, если портал закрыт? — голос все-таки дрогнул.

Генерал почуял надлом в моем голове. Подошел ближе.

— По крови, вейра…. Ариана, — как и Фир, он перешел на упрощенный этикет, но мне и дела до этого не было. — Это кровное поместье моей матери, возвращенное ей отцом после расставания. Она дожила здесь последние дни, и если пройти ваш сад до дальнего угла, вы найдете маленькую гробницу с ее прахом. Кровь превыше закона, если закон нарушает заветы богов. Драконы стали забывать об этом, но боги изредка напоминают о себе вот такими случайностями.

Ральфар взял меня за руку и отвел к креслу. Усадил, как стеклянную, и встал передо мной на колено, чтобы расправить завернувшееся платье. Я почувствовала скользнувшие по лодыжке пальцы и легкую хватку на щиколотке.

Это никак не было случайностью. Это был грубоватый, но лестный намек на большее. Идеальный момент для доброкачественного прогрессивного флирта. Но у меня внутри все смерзлось от шока. Какой, господи, теперь флирт.

С такими грустными данными, надо сначала себе гробницу организовать рядышком с уже имеющейся, а уж потом по мужикам бегать.

— Так вот как вы спаслись, — сказала медленно.

Генерал так и стоял передо мной на одном колене. Его пальцы еще обжигали кожу.

— Да, — сказал он просто. — Из любого портала на земле, я пройду в место материнской силы. Даже если его закроют на тысячи замков. Даже если место силы перехватит другая вейра, такая хорошенькая, как вы. У крови долгая память.

А Фир прошел следом, ведь в нем тоже течет половина моей крови

Так вот почему он шастает по комнатам, как хозяин, и те услужливо распахиваются перед ним. У крови память долгая. Дом слушается меня, но дом слушается и Ральфара.

Его горячие пальцы вырисовывали огненные круги на лодыжке, но лицо сохраняло прохладу, свойственную любому совершенству.

Несколько секунд мы, не отрываясь смотрели друг на друга. Я сверху, все еще неспособная сосредоточится на этой минуте, и он — снизу вверх, как коленопреклоненный рыцарь.

— Послушай, брат, ты расправь уже платье-то, — вмешался в наше молчание обиженный голос Фира. — Ты чего там уселся? Или подвинься, я тоже сяду, я ловчее расправлю.

Тут уж драконица меня куснула. Обожгла, словно маленькое клеймо на грудь поставила, и я поспешно вернулась в реальность. Мне вовсе не хотелось, чтобы Фир демонстрировал свою ловкость кружавчикам на подоле. Это уж ни в какие ворота.

Два мужика мне ни к чему.