Поместье для брошенной жены

Их тела уже вознесли на погребальный костер, но официального некролога не давали. Предполагается, что это убийство. Драконы редко бьются в полете, тем более насмерть.

Я молчала. Померкли звуки, запахи, потеряли свой сладкий флер прикосновения Ральфара. Только мозг, привыкший к перегрузкам, привычно регистрировал мелочи: драконы не разбиваются; Арноши, хотя и осуждали императора, служили его твердой поддержкой на всех советах; мало кто знает, что я вошла в клан Арнош.

Все случившееся в пределах поместья, вряд ли дело рук императора.

Ему невыгодно убивать одного из самых сильных союзных кланов, где хранится серьезный по силе дар. Помниться, Сальме жаловалась, что ее принуждают родить хоть одного драконенка, чтобы продолжить генетику семьи. Или хоть позволить супругу взять наяру.

Вейра Арнош император не стал бы трогать.

Тогда что здесь происходит? Почему это происходит?

Когда я перестану.… терять?!

— Я не хотел причинить тебе боль, но я должен был это сказать.

Я механически кивнула.

Даже попыталась улыбнуться, но не смогла.

Ральфар поднес к губам мои пальцы, которые совершенно заледенели. Только сейчас я поняла, что в доме, пожалуй, на редкость прохладно, хотя холода никто из обитателей не любит.

Надо встать. Рассмеяться. Посмотреть на Ральфара так, как он этого заслуживает — высокомерно и разочарованно. Сказать, что наш допрос зашел слишком далеко.

Но я продолжала сидеть, словно меня приклеили к дурацкому креслу.

В первый раз я проснулась от поцелуев, осыпающихся на мое лицо мягким листопадом.

Не раскрывая глаз, улыбнулась, выгнулась навстречу. Во второй, послушно обхватила ногами крепкий торс, но глаз всё равно не открыла, хотя сладкий голос уговаривал, как умел. Например, обещал мне сахарное яблоко, мех лисицы, платье, расшитое тысячей цитринов, полет на драконе и еще целую кучу бессмысленных, но почему-то очень приятных вещей.

В третий раз мне хватило силы воли вывернуться из нежной хватки и с улыбкой закрыть ладонью искушающий рот.

— Уже обед, — сказала мягко. — Следующего дня. Мы не можем лежать в кровати вечно.

Хотя и очень хочется. Остаться здесь на долгий горячий срок, внутри этой минуты, пока не наступило неизбежное отрезвление. Плата за совершенные глупости. И прочие важные дела, которые неизбежно сопровождают секс с принцами. Расспросы, взгляды, домыслы, сплетни. Пусть даже это будет длиться всего месяц в пределах одного военного отряда. Приятного-то мало.