– Нужно попробовать вникнуть в абсолютную, хрустальную структуру древнего знания, дающего возможность индивидуального подхода к каждому человеку и каждому событию в его жизни. Все звездные карты уникальны, именно поэтому будут уникальны и инструменты управления жизненными ситуациями, которые вы хотели бы изменить.
– Человек сам в ответе за все в своей жизни, – проговорила Глафира, и голос ее дрогнул, видимо, она ни на минуту не забывала о сидящей рядом Наталье. Та улыбнулась краешком губ. – И если он хочет что-то изменить, то меняет.
И никакой парад планет для этого не нужен, и как встанут звезды, не имеет ни малейшего значения.
– Браво, – сидящий напротив Ермолаев громко хлопнул в ладоши три раза, изображая аплодисменты. – Нечасто встретишь подобную ясность ума в женщине, да еще творческой специальности.
– Что за гендерная чушь? – теперь Глафира была готова дать отпор ему. – К примеру, неужели ваша дочь верит в гороскопы?
Сидящая рядом с отцом Тася засмеялась.
– Моя дочь, разумеется, нет, но у нее специальность особая, требующая рационального подхода и безукоризненного владения логикой.
Я же не сказал, что не встречал таких женщин никогда. Я сказал «нечасто», так что моя дочь – один из таких примеров. Получается, вы второй. Если вы скажете, что в призраков тоже не верите, я, пожалуй, даже рискну прочитать какую-нибудь из ваших книг.
– Не надо, не утруждайте себя, – отказалась Глафира. – Помните, в фильме «Москва слезам не верит» есть такое место, где героиня говорит: «Если у мужчин есть свои дела, то они могут смело заняться ими, потому что наша продукция предназначена для женщин»? Так вот с моими книгами точно так же.
Они для женщин.
– То есть мне не понравится? – Ермолаев склонил голову набок.
– Вам, – Северцева сделала ударение на этом слове, словно выделяя неспособность собеседника по достоинству оценить настоящую литературу, – нет! А что касается ответа на ваш вопрос, то нет, в призраков и привидения я тоже не верю.
Как и в астрологию.
– А вот это зря. Потому что призраки в усадьбе точно водятся, – включилась в разговор Еленка. – Один так точно. Кстати, надо не забыть поставить ему молоко с печеньем.
– Елка, ты опять? – всплеснула руками Марианна. – Я же велела тебе забыть про эти глупости.
– И вовсе это не глупости, – вскинула голову девушка. – И я надеюсь, ты сама в этом убедишься.
Наталья с улыбкой смотрела на племянницу. Горячность Елки ее умиляла.
