Она так старательно следила за беседой, что не заметила, как Спенс хмуро наблюдает за Коулом. Однако Кори перехватила мрачный взгляд мужа и, пока со стола убирали посуду, склонилась к нему.
— Что случилось? — шепотом спросила она. Спенс дождался, когда официант наполнит его чашку, а затем кивнул на стол в первом ряду:
— Сегодня Гаррисон то и дело поглядывает на Диану, и это мне не нравится.
Кори удивилась. Она считала, что в нынешнем положении Дианы немного внимания со стороны видного мужчины только поддержит ее гордость и чувство собственного достоинства.
— С чего бы это?
— Я терпеть не могу Гаррисона.
— За что? — поразилась Кори, Спенс молчал подозрительно долго, а затем пожал плечами:"
"— Помимо всего прочего, он слывет нечестным и коварным человеком. Сейчас Диана чересчур уязвима и не сможет защититься.
— Спенс, Коул — ее давний друг, а ты слишком усиленно опекаешь ее!
Накрыв ладонью руки жены, Спенс ободряюще сжал их:
— Ты права.
Кори продолжила бы разговор, но этому помешал аукционист, появившийся на помосте.
Он стукнул по столу молотком, и все присутствующие в огромном зале замерли.
— Леди и джентльмены! — начал аукционист. — У вас осталось еще полчаса, чтобы сделать письменные заявки на предметы, выставленные на торги в этом зале. Наступает минута, которую мы все так долго ждали. Без дальнейшего промедления я приглашаю вас распахнуть сердца и чековые книжки и не забывать, что каждый доллар, вырученный на этом аукционе, будет использован на исследование рака и поиск средств для его лечения.
А теперь, обратившись к каталогам на столах, вы найдете полный перечень предметов вместе с описанием каждого из них.
Послышался громкий шорох страниц — гости принялись листать каталоги.
— Мне известно, что многим из вас не терпится добраться до описания скульптуры Клайнмана, — продолжал аукционист и шутливо добавил:
— В попытке скрасить ваше ожидание и избавить вас от лишних волнений мы поместили ее в самом начале списка, под номером десять.
По залу пронеслись смешки, и аукционист дождался полной тишины.
— Итак, лот номер один, — объявил он. — Небольшой карандашный рисунок Пабло Пикассо. Кто готов открыть торг? Стартовая цена сорок тысяч долларов. — Мгновение спустя он удовлетворенно кивнул. — Мистер Сертилло предложил сорок тысяч долларов. Кто больше?
Через несколько минут рисунок был продан за шестьдесят шесть тысяч, а на торги выставили следующий предмет.
